Гомер полностью

Тем не менее ведущие функции Зевса относятся у Гомера гораздо больше к области

общественной и моральной. Являясь богом героического мира, он, конечно, прежде всего

является здесь учредителем царской власти, покровителем, а иной раз даже и породителем

царей и героев. Как мы уже знаем, в «Илиаде», II, 205 сл. проповедуется даже какой-то

фараоновский абсолютизм царя, который, вообще говоря, не свойствен обычным, более

демократическим гомеровским царям. О передаче скипетра Агамемнону от самого Зевса

для власти над народами читаем также в IX песни, 37 сл., 98 сл. Именно Зевс ставит царей

на царство – Ил., II, 482 сл., Од., I 386, 390; любит и почитает царей – Ил., I, 175, 279, II,

196, XVI, 248-251, Од., XXIV, 24; подчиняет им подданных – Ил., VI, 159, Сюда же нужно

отнести и довольно частый у Гомера эпитет героев diotrephes – «вскормленный Зевсом».

В качестве бога героического общества Зевс создает и охраняет все права, имеющие

значение для этого общества – Ил., I, 238, II, 205, IX, 98, XVI, 384, Од., XVI, 403; Зевс –

охранитель клятв – Ил., III, 107, 276, 320, IV, 158, 236, VII, 69, 76, 411, X, 329, XIX, 258,

XXIII, 43, Од., XIV, 158, XVII, 155, XIX, 303, XX, 230, 339, XXI, 200-202; он охраняет

права гостеприимства – Ил., III, 350, 365, XIII, 624, Од., III, 346, XIV, 158 и мститель за

неуважение к чужеземцам и просящим – Ил., XXIV, 570, 586, Од., VI, 207, VII, 164, 180,

316, IX, 270, XIII, 213, XIV, 57, 283, 389, 404, XVI, 422, XXII, 334, 379; покровитель

герольдов – Ил., I, 334, VII, 274, VIII, 517.

Некоторого рода объединением хтонических и героических функций Зевса является

наслание им безумия – Од., IX, 411, снов – Ил., I, 63 и молвы II, 94, Од., I, 282, II, 216.

[291]

Разницу между прямой речью гомеровских героев и эпическим повествованием самого

Гомера еще раз отметим в отношении Зевса. Когда в «Илиаде», VII, 478-481,

изображается, как Зевс целую ночь гремел в небе, замышляя недоброе, и как при этом

трепетали ахейцы, то это есть рассказ самого Гомера; и мыслится, что оно так и было на

самом деле. Или когда в VIII песни (216) Зевс создает славу Гектору, а в стихе 335

пробуждает отвагу в троянцах, то это есть тоже только объективное эпическое

повествование. Иногда переживания героев вполне соответствуют тому, что боги

объективно замышляют в отношении этих героев. В XI песни, 285-290 Гектор знает о

предстоящей помощи Зевса; перед этим он узнал об этом от Эриды, или он же в XV песни,

719-725 ожидагет помощи от Зевса, поскольку перед этим он узнал о ней от Аполлона.

Однако Нестор в VIII песни, 141-144 распространяется о возможности получить

помощь от Зевса, а сам не только ничего не знает о планах богов в отношении ахейцев, но

еще и высказывает сентенцию о непостижимости божественной воли. Аякс в XVII песни,

629-632 констатирует, что Зевс помогает троянцам, но приписывает это меткости

троянских стрел, не зная, что перед этим сам Зевс потрясал своей эгидой. Агамемнон в XI

песни, 278 сл. приписывает свое ранение Зевсу, в то время [292] как в эпическом рассказе

об этом ничего не сказано; и возможно, что, с точки зрения Гомера, Агамемнон здесь

просто заблуждается. Агенор в XXI песни, 570 объясняет успехи Ахилла помощью Зевса;

но на самом деле эта помощь Ахиллу начинается только в дальнейшем, потому что в XX

песни, 26-30 Зевс сознательно решает несколько задержать исполнение своего обещания,

данного Фетиде.

В суждениях о хтонизме Зевса тоже играет не последнюю роль различие между тем,

что говорят у Гомера герои и что говорит о Зевсе сам Гомер. Хтонизм в прямых речах

героев во многих случаях может расцениваться как сознательная стилизация у Гомера под

древний хтонизм.

б) Аполлон и Артемида. Аполлон у Гомера, в противоположность ходячим

представлениям о нем, один из самых страшных, злых и аморальных демонов. Его

хтонизм прямо бьет в глаза при чтении Гомера. То он насылает чуму на ахейцев и

шествует «ночи подобный» (Ил., I, 43-53). То он подкрадывается сзади к Патроклу и

оглушает его насмерть (XVI, 789-795, 849). То он глумится над Ахиллом, издевательски

обманывая его перед поединком с Гектором (XVI, 600-605) и тем вызывая у Ахилла

беспощадную критику своего поведения (XXII, 15-20). Гера называет его «другом

нечестивцев и всегда вероломным» (XXIV, 55-63). Это именно он дает лук Пандару (II,

827), и именно он вместе с Артемидой внезапно умерщвляет своими стрелами ни в чем не

повинных людей (XXIV, 758 сл., Од., III, 279-281, VII, 64 сл., VIII, 226-228, XV, 409-411).

Это именно он с Артемидой убивает детей Ниобы (Ил., XXIV, 603-607). Артемида тоже

является убийцей Ариадны (Од., XI, 324 сл.), матери Андромахи (Ил., VI, 428), Ориона

(Од., V, 122-124) и некоей женщины в вымышленном рассказе Одиссея (XV, 477-479).