— Чтобы другие не страдали, когда придут убивать меня. Трой чуть не погиб дважды. Чтобы я могла предотвратить смерть Яна, когда за ним будут охотиться и Ковчег, и Антихристы. Хочу быть достаточно сильной, чтобы убить всех к чертовой матери! И, наконец, чтобы убить того, кто пытается убить меня!
— Как много «убить», — заметил он.
Я замерла.
Не знаю, зачем, но взглянула на себя в зеркале.
И не сдержалась.
— Офелия? — Натаниэль дернулся, когда я схватилась за лицо и расплакалась. Он взял меня за плечи и настойчиво тряхнул.
— Нейтан, я не должна была стать такой! — закричала я сквозь ладони. — Я верила, что смогу остаться человеком в этой истории! Но я сама становлюсь отродьем! Я становлюсь тем, кого должна была лечить в психушках, кого осуждала и кем быть даже не представляла! Я считала, что меня это не затронет, что я просто заберу Яна, и мы уедем далеко прочь от всего этого! Что мы купим дом у моря и будем счастливы! Но… я ведь не смогу выбраться из этого? Да? Я либо умру, либо навсегда останусь здесь? Среди убийств, смерти, опасности и других монстров?..
Он грустно обнял меня. Дал ответ молчанием. И молчание всегда громче криков.
Я уронила голову.
— Я никогда не хотела такого. Просто прогнала того, кого уже тогда любила. Просто истерика из-за своей женской глупости и нехватки внимания… из-за нехватки подтверждения своей важности. Так глупо, что я была обижена ни на что. Просто злилась, что он вёл себя иначе, чем я хотела. Я кричала на него, хотела, наверное, чтобы он меня успокоил, чтобы понял, что я злилась от недостатка его тепла. Что полюбила его, но он был холоден ко мне! Я не знаю, просто я сорвалась, сама не понимая, из-за чего!
— А что было?
— Он протянул мне деньги. Мы перед тем как раз планировали накопить на его самую большую мечту: дом у моря и собаку.
— Так хорошо же, что он принёс деньги.
— Он убил за них.
— Да насрать, Оф, — Нейтан легко погладил меня по спине. — Мы все убийцы и монстры, Дамьян в том числе. Странно, что ты, зная его природу, так обозлилась на кровавые деньги. Ты ведь изначально приняла его убийцей? Он стремился сделать вас счастливыми. Ведь дом и собака и твоя мечта тоже? Ты приняла ее за свою.
Я заплакала сильнее от отчаяния. От невозможности вернуть время.
— Это было последней каплей… — ответила я. — Я просила его не делать этого, но он наплевал на мои слова. Я не сдержалась.
— Ты пыталась перекроить его естество под себя.
— Я пыталась вылепить из него здорового человека!
— Никогда не делай этого! Ты должна либо принять, либо уйти. Третьего не дано ни для кого. Человек — личность, а не пластилин, понимаешь? Ты должна помнить об этом всю свою жизнь. Если ты неготова была принять Дамьяна убийцей, то должна была отказать с самого начала. Ты знала, кто он. Странно теперь удивляться.
Дамьян сказал мне те же слова, но я не придала им значения, считая себя правой. Я помню его уносящийся запах, когда он проходил мимо меня. Его глаза — впервые печальные и плачущие. Я наконец смогла вспомнить, как выглядели его желтые глаза.
Последние дни я билась изо всех оставшихся сил в мышцах, до жжения в ладонях и дрожи ног. Оба раза я натирала стопы в кровь и падала лицом на землю, сдирая кожу и разбивая губы. Но я все равно вставала и рвалась вперёд.
А в нашу последнюю битву я не сумела добежать. Сознание покинуло меня раньше, и Фаусту пришлось ловить мое летящее тело, бьющееся в судорогах навстречу.
И правда, слишком сильные нагрузки. Я и забыла, что значит слово «отдых».
Не помнила, как не кричать от конвульсий и не просить убить себя от той боли.
Но я успешно прошла испытание.
Мне не доставало скорости и опыта, но основные приемы пользования холодного оружия я усвоила.
И ушла от нового товарища со слабой, но способностью защититься.
***
— Оф, ты где? — спросил Нейт по телефону.
— Иду домой. Уже у двери. — Я открыла дверь и вошла в квартиру. Тишина. — И что, ищу?
— Да, в вазах и среди одежды.
Мы сговорились о поиске жучка в моей квартире, и теперь Нейт объяснял мне, как он выглядел.
— Но не вздумай его выбрасывать или ломать. Просто перенеси в самый отдаленный угол, будто просто переместила вещь, где он спрятан. Если это книга или игрушка, то будет выглядеть так, что ты просто решила ее убрать. Выброси всю еду, которая там лежит. Ешь только в заведениях, пей из-под крана и только воду. Наркотики будет легко почувствовать в воде, но трудно в чае, кофе и газировках. И продолжай делать вид, что ты под кайфом. Иначе он просечет, что ты знаешь о нем, и тебя убьют. Давай, если что, то сразу звони и кидай маячки, а я тебя заберу.
— Хорошо, до связи, — кивнула я.
И рухнула на софу в гостиной. Я была измотана и опустошена, что сил встать более не нашла и просто отключилась.
— Не пей больше.
— Верни бутылку!
Глава двадцать седьмая.
Я беспробудно проспала двое суток. Никто не приходил, так и не узнав, что я жива. Но тот, кто следил за мной, явно слышал хлопок двери и знал о моем появлении. Если теории Нейтана о подслушке были верны.
