Гомосексуалист — опер КГБ «Театрал» (п.34.), курирует, в частности, балетную труппу театра. Вхож в коллектив. Всех гомосексуалистов в труппе знает лично. Кто-то из мужиков в труппе подаёт надежды и может занять место примы-балеро. Труппа иногда выезжает на гастроли за границу. Списки утверждает обком партии. Готовит списки опер-гомосексуалист. Будет в списках этот мужик? Ответ не требуется. Мужик не поехал на гастроли, в труппе ему уже не дают ролей, до пенсии танцует «заднего лебедя».
«А и Б сидели на трубе. А упало, Б пропало, кто остался на трубе…?».
Однажды какой-то шпион «задел за нитку, зазвонил колокольчик» (стр.1). Установил: это — молодой БОМЖ, нигде не работает «коллекционирует» сведения о военной авиации СССР.
Начал присматриваться — гомосексуалист. («Тюльпан»). Широкие гомо-связи, поездки по стране. Моему помощнику «Тюльпан» сообщил, что уезжает в Москву для встречи с американцем. Наши «топальщики» препровождают его в Москву, где под наблюдение его берут лучшие в СССР «топальщики», т. к. дело по шпионажу и «Тюльпан» едет к американцу.
Через полдня мне звонок из Москвы: «Ты кого к нам прислал? Мы замучились с ним по туалетам и баням! Мы его бросим!» Ещё через полдня — вновь звонок: «Он уезжает в Ленинград. На ж. д. вокзале в камере хранения оставил чемодан, ушёл в ресторан. В чемодане деньги в пачках, хватит на «Жигули», упаковка пачек — с почерком ЦРУ! Извини за первый звонок. Теперь мы получим премии. Приедешь — с нас причитается».
«Тюльпан» под наблюдением приехал в Ленинград с деньгами, где был передан под наблюдение ленинградским «топальщикам». Вернулся в Саратов через Москву без наблюдения (!) и без денег. Что он делал в Москве и Ленинграде — нам так и не известно. Материалы «топальщиков» из Москвы не пришли(!). Сколько ни звонил в Москву мой генерал, он ничего объяснить мне не мог. Но в таких случаях Москва обычно берёт на контроль серьезные дела по шпионажу, а здесь — молчок. (значит гомосексуалист был в Москве).
На тот момент у меня и в мыслях не было, что рядом со мной в КГБ могут быть гомосексуалисты, но однажды помощник сообщил, что в КГБ в Саратове работает опером гомосексуалист, курирует театры и культуру, назвал фамилию, офицерское воинское звание («Театрал»). Помощник сообщил, что «Театрал» — завсегдатай Плешки, все гомосексуалисты на Плешке знают его лично и зовут по кличке «КГБ-эшница». «Вы знаете его в лицо?» — «Конечно» — «Сможете опознать его в числе идущих на работу сотрудников?» — «Конечно». Негласное опознание провел. Опознал.
Я — в Москву. Вернулся с санкцией Председателя КГБ. Через три месяца опер-гомосексуалист оказался в тюрьме. Через три дня об этом знали все сотрудники. Прошёл суд, гомосексуалист был осужден к отбыванию срока.
ВНИМАНИЕ: Из гомо-сообщества никогда не выходит никакая информация о гомосексуалистах. Вообще НИКАКАЯ. Даже о совершённых или готовящихся ими серьезных преступлениях. В гомо-сообществе гомосексуалисты спокойно сообщают такие сведения друг другу, обсуждают, дают советы, могут помочь в организации преступного дела, но никогда никто из них не скажет ни слова мужику. Не говоря уже о том, чтобы написать заявление в органы или направить хотя бы анонимку о преступнике-гомосексуалисте.
Гомосексуалист-преступник не выскажет даже упрека другому гомосексуалисту за разглашение в гомо-сообществе информации о его преступлении. Разглашением они считают утечку сведений из своего гомо-сообщества. А то, что в их гомо-сообществе — это тайна по определению их мозгов.
Когда на Плешке появились гомосексуалисты «Маки» (п.3 стр.5), все гомосексуалисты были очевидцами и свидетелями подготовки преступления против Родины, против народа. Там неоднократно был и «Театрал». (п.34.). Но никто из них никуда не написал даже анонимки.
«Маки» в течение нескольких месяцев опрашивали всех гомосексуалистов Плешки, узнавали, кто из них имеет допуск к государственным секретам. Кто из них знает гомосексуалистов-секретоносителей в городе. Опрашивали открыто, сообщали, что намерены заполучить госсекреты и продать их американцам. Гомосексуалисты не сторонились «Маков», не проявили никакого отторжения «Маков» из своей среды, аполитично и равнодушно они рассуждали между собой, что каждый зарабатывает, как может. Т. е. понятия Родины, народа, гражданского долга для гомосексуалистов — пустой звук. Они не считают себя членами нашего общества, гражданами страны. Они в своём гомо-сообществе — отдельно от нашего общества, отдельно от нашей страны.
ВНИМАНИЕ: Опер-гомосексуалист «Театрал» (п.34.) лично знал «Маков» по Плешке. И продолжал ходить туда! «Маки» обращались к «Театралу»: «КГБ-эшница!». И не боялись, что их арестуют. Они смело и открыто собирали для американцев сведения в свою амбарную книгу-досье.
