Заявление, конечно, прозвучало довольно двусмысленно. Тем более что разговаривали на французском. Во взгляде Александры промелькнуло нечто вроде обиды. Впрочем, держать удары девчонка была обучена. Каролина, не обращая внимания на дочь, обменялась с нами несколькими ничего не значащими фразами. Затем величаво поднялась и спокойно обратилась к Амелии:
– Графиня, побудьте немного хозяйкой. Я вас оставлю ненадолго, мне надо немного посекретничать с молодым человеком, – и в очередной раз мило улыбнулась.
Вот это заява! Меня, похоже, собираются использовать в какой-то крутой интриге, или я чего-то совершенно не понимаю. Чисто автоматически, в точном соответствии с ситуацией, подставил старшей принцессе локоть и повел в указанном направлении.
Всего-то курительная комната? Зачем тогда перед дверью два дюжих охранника? Проигнорировал стеллажи с широким выбором трубок и трубочного табака, сигарами и сигаретами весьма дорогих марок. Не торопясь, достал из кармана пачку своих привычных "Лаки страйк", привычно вытряхнул сигарету, покатал ее между пальцами, разминая плотно набитый табак. Прикурил от громко зашипевшей турбо-зажигалки – этакий малюсенький ракетный двигатель, выпускающий длинную узкую струю голубого с желтым пламени – и вопросительно посмотрел на устроившуюся в кресле – судя по всему Чиппендейл[40] – у распахнутого окна Каролину.
Сначала разговор был абсолютно пустой – так называемая светская беседа. Разве что пришлось немного удовлетворить обычное женское любопытство. Кто такая Ирина, степень дружественности наших отношений и насколько у нас все серьезно. Совершенно не раздумывая, выложил практически все. Во всяком случае, в результате сплетен на таком уровне резко упадет активность великосветских охотниц за богатыми женихами по отношению ко мне. Не нужны мне всякие баронессы, графини, княгини и принцессы. Нормальные близкие отношения могут быть только у людей с общими интересами.
Мило так поговорили, а потом я вдруг услышал вопрос:
– Денис, – мое имя она произнесла без всякого акцента. Заранее упражнялась? – Вы когда-нибудь слышали такой термин, "Bilderberg group"?[41]
Ого!!! А вот это из уст наследной принцессы Монако при разговоре один на один звучит весьма серьезно! И может значить только одно. Вот только оно мне надо?!
– Разумеется, мадам, – незамедлительно ответил, отметив про себя, что Каролина начала деловой разговор без какого-либо предисловия. Не принято такое в высшем свете.
Она, молча, встала, открыла на стоящем рядом с ее креслом столике роскошную кожаную папку, судя по качеству и рисунку золотого тиснения, выделки никак не этого века, возможно даже не прошлого, и прямо-таки величественным жестом протянула мне незапечатанный конверт. Еле заметно улыбнулась, глядя как я, с огорошенным лицом – увы, не сдержался! – принимаю приглашение, церемонно склонила голову, как равная перед равным, повернулась и пошла.
– Витек, а когда ты успел послужить во французском Иностранном легионе? – непринужденно поинтересовался я.
– Чего? – глаза Виктора округлились. – Ни сном, ни духом…
– Тогда почему княгиня на великосветском тусняке тебя шевалье обзывала?
– Вообще-то это только сейчас низшее звание в ордене Почетного легиона, – отозвался Федорович, все еще разглядывая приглашение. Он эту бумаженцию разве что на зуб не попробовал. Однако, как быстро отследил логическую цепочку: стать кавалером вышеозначенного ордена (шевалье) для иностранца было достаточно сложно. А вот для воевавшего офицера Иностранного легиона – вполне реально. – В былые времена, а знать иногда и сейчас дворян этим термином называет.
– Витя, так у тебя голубая кровь? – я пощелкал пальцами, сделав вид, что ищу что-нибудь острое. – Надо бы проверить.
Виктор мгновенно отпрыгнул за Баландина.
– Это не я! – угрюмо сообщил он, прячась за широкой спиной Федоровича. – Это один дальний предок еще в середине девятнадцатого века до полковника дослужился. Тогда уже за майора потомственное дворянство навешивали.
– Слышь Вадим? Отнекивается, мол, я не я, и…
– Чья бы корова мычала, – перебил меня подполковник, убирая наконец-то приглашение в ту самую роскошную кожаную папку. Ну не потащу же я такой документ в руках или, сложив, в кармане. Пришлось приватизировать раритет. Впрочем, Каролина сделала вид, что так и должно быть.
– Что-что?! – теперь уже я возбух, переваривая слова Баландина.
– Скромные у тебя родители, – хмыкнул Федорович, – не поведали деточке. Мать-то у тебя, Денис, из древнего княжеского рода. Какая-то боковая давно обедневшая ветвь, но все-таки. В личном деле твоего отца соответствующая справка имеется с полностью расписанным генеалогическим древом аж с четырнадцатого века.
– Ну ни х… – я посмотрел на веселую рожу воспрянувшего духом Виктора и поправился, – ни фига себе.
