Голос у нее был хриплый, похожий на хруст рвущегося папируса.
Теперь мне все стало ясно: либо мой мозг сломался в саркофаге, либо до безумия меня довело палящее солнце.
– Тебе язык вырвали, Келтро?
Я открыл рот, услышав свое имя.
– Я…
Кошка подобралась поближе и обошла вокруг кола.
– Знаешь, ты ведь не сошел с ума. По крайней мере, полностью. Капелька безумия никому не повредит.
– Я…
– Бояться – тоже нормально. Это свойственно людям.
Кожа и мех кошки выглядели слишком обвисшими, слишком тусклыми – и мне это не нравилось. Я практически слышал, как щелкают хрящи при каждом движении.
– Я не боюсь. Просто не каждый день со мной разговаривают кошки, – соврал я.
Она снова посмотрела мне в глаза.
– Значит, сегодня не каждый день.
– Ты заперта в этом теле?
Я слышал про чужеродную магию: это был старый способ заточить человеческие души в других формах – таких, как тела сов, собак или лошадей. В подобных случаях получались домашние любимцы, а не рабы. В Дальних Краях такое колдовство запретили несколько веков назад, но мне говорили, что в других странах оно сохранилась.
– Нет. Я хожу где вздумается.
– Тогда что ты? Только давай без загадок.
– Я старше, чем пустыня. Я ходила по земле еще до того, как луна была создана из пыли и обломков. Еще до того, как моря научились реветь.
– Я же сказал – без загадок!
– Мы – старые боги, Келтро. Я – та, кого вы называли Башт.
Я фыркнул.
– Боги умерли, и, в любом случае, ты – не один из моих богов. Откуда ты знаешь мое имя, тварь? Что за колдовство?
– Это ты называешь нас мертвыми. Но мы не умерли. Нас, скорее… заставили умолкнуть. Мы до сих пор наблюдаем. Мы знаем всех, кто живет и умирает.
Кошка посмотрела на пустое небо, словно ответ находился где-то там, на сапфировых просторах. Я проследил за ее взглядом, ничего не понимая.
– Хватит! Что за херня?! Говори ясно или вообще умолкни. Кто ты на самом деле?
Кошка опустила голову.
– Говорить разумно – это непросто. Наш язык древнее твоего, и мы общаемся на огромном расстоянии. Горуш сказал, что ты сбит с толку. Хотя он использовал… другие слова. В том числе слово «никчемный».
Мне захотелось схватить это существо и душить, пока я не получу от него ответы.
– Горуш? Это что еще за урод?!
Я говорил так громко, что садовники снова стали поглядывать на меня – но они видели только призрака и кошку.
– Он приходил к тебе – несколько дней назад в твоей системе подсчета. Через глаза мертвеца. Только так он может общаться с тобой… как это сказать… через разлом.
– Общаться со мной? Скорее, запутывать меня. Он, как и ты, всего лишь плод моего воображения, который явился, чтобы издеваться надо мной. Тебя создала накопившаяся во мне тревога, ты – воплощение всего того дерьма, которое произошло со мной с тех пор, как я сошел с корабля. Вали отсюда на хрен.
Башт зарычала на меня – для столь небольшого существа у нее был невероятно мощный бас.
Она вытянулась, высоко подняв хвост, и я увидел силуэт не кошки, а ощетинившегося льва. У нее был взгляд убийцы.
Я снова натянул свой поводок.
Морда кошки начала обвисать, но Башт все равно удалось приподнять губу и показать гнилой зуб.
– Не испытывай мое терпение, мальчик. Мы слишком многим рискнули и потратили слишком много сил, чтобы сейчас терять время зря. Я более спокойна, чем мой брат, вот почему послали не его, а меня. В Горуше слишком много… страсти.
– Что тебе нужно?
– Твоя помощь, Келтро Базальт. Спасение. Ты – наше копье в этом бою. Щит, который укроет нас от потопа.
– Ты говоришь о боях, потопах и хаосе, но я понятия не имею, с чем или с кем я должен сражаться.
Кошка снова зарычала.
– Один из наших братьев хочет нас уничтожить. Останови его, а также его сторонников.
– И кто же они?
Башт выплюнула слова, тряся головой, словно они были ей отвратительны.
– Фанатики. Сторонники. Последователи. Они стремятся закончить дело, которое начал наш брат. Разрушить этот мир. Затопить его мертвецами. Мы отправили тебя сражаться с ними.
Я покачал головой – и потому, что происходящее было похоже на полный бред, и потому, что я ненавидел войну – не из-за каких-то праведных чувств или пацифизма, а, скорее, потому, что мое упитанное тело никогда не отличалось особой ловкостью и не умело владеть мечом. В бою я – отличная цель.
– Но я же замочный мастер, а не солдат.
– Поэтому мы выбрали тебя. Даже могучую крепость можно захватить, открыв всего одну дверь, Келтро, а тебе предстоит открыть еще много дверей.
Я похлопал по своей дымке.
– Вот как сейчас? Может, ты не заметила этот поводок, а также то, что я – полужизнь…
– Это дар, хотя ты этого и не видишь.
Она снова сделала несколько шагов – на этот раз более зажато.
Я вдруг понял, что кошка мертва – и ее, как и того мертвеца во дворе, приводит в движение находящееся в ней потустороннее существо.
Башт заговорила снова, прервав мой ужас новыми загадками.
– Ты, как и я, знаешь, что есть двери, не похожие на двери, но их тоже можно открыть ключом. Мы дали тебе ключ, Келтро. Подарок. Тебе просто нужно им воспользоваться.
– Ничего мне не дали.
