– Благодарю вас за заботу, тор Баск, но ваши страхи необоснованны, и, если честно, считать торговцев душами абсолютно честными может только очень наивный человек. – Вдова стерла с лица воображаемые слезы. – Скажите, кто эта тень, которая вас так встревожила? И откуда вам о ней известно?
Баск вздохнул.
– Боюсь, что я совершил ту же ошибку – купил слугу-тень из той же партии у босса Темсы. Его звали Кеч. Он не выполнял приказы, постоянно заявлял о своей невиновности. У вас тоже такое было?
Хорикс пожала плечами.
– Да нет, не очень.
– Ну так вот: я собираюсь отвести свою тень на рынок душ и потребовать, чтобы босс Темса вернул деньги. Я с радостью возьму и вашу тень, тал Хорикс, чтобы избавить вас от хлопот и конфуза.
– Какое щедрое предложение.
Баск покачал головой.
– Нет, госпожа, это не щедрость. Я приобрету тень у вас по той цене, за которую вы его купили, а затем верну его торговцу.
– «Его», вы сказали?
– Некоего красса – по крайней мере, об этом говорят проведенные мной исследования.
– Я не покупаю крассов.
Тор Баск надолго умолк. Взгляды собеседников встретились – темные и скрытые в тени глаза против сощуренных голубых.
– Мои исследования…
– Очевидно, не имеют никакого значения. Вы ошибаетесь, тор.
Но Баск не унимался.
– Тал Хорикс, мне кажется, что он опасен. Кеч рассказывал мне о нем. Более того, он очень опасен. В своей стране он был известен как убийца. Ему пришлось бежать в Арк. Вы, несомненно, слышали те же истории, что и я – истории о тенях, которые поднимают мятеж против своих хозяев и проливают их кровь.
Векс выпрямился, а вдова осталась неподвижной.
– Понимаю. И почему вы вдруг так внезапно обеспокоились моей безопасностью?
– Тал Хорикс, вы – известная фигура в аристократических кругах. Я хочу лишь одного – чтобы вы дожили до… шестидесятилетия? – Баск даже подмигнул ей. – Можете считать меня союзником и даже другом.
Вдова Хорикс улыбнулась ему, не разжимая губ.
– Значит, мы договорились? Я взял на себя смелость подготовить соглашение. Все строго по закону. Необходимые услуги мне оказали знаки из компании «Галиф и сыновья».
Тор уже начал копаться в карманах, а Хорикс вдруг встала из-за стола.
– Нет, не думаю, Баск. Вы слишком много предполагаете, а знаете, похоже, очень мало. Мне кажется, что вы ошиблись насчет моих покупок. Советую вам заняться своими рабами, прежде чем беспокоиться о моих. А что касается друзей и союзников… В нашем городе они – слабое место. Такой тор, как вы, должен это знать. Поэтому я благодарю вас за визит и желаю вам всего хорошего.
Баск выглядел так, словно его опустили в котел с кипящим маслом. Даже телохранителям, стоявшим у него за спиной, пришлось подавить смешок. Векс ухмыльнулся.
Баск был вынужден встать и последовать за вдовой. Она привела его к узкому мосту, который пересекал полую центральную часть башни и выходил к внутреннему дворику.
– Я… – начал он, но Хорикс его прервала.
– За воду можете не благодарить.
Стоя на мосту, Хорикс следила за тем, как Баск топает вниз по лестнице – опозоренный и, несомненно, кипящий от злости. Когда далеко внизу хлопнула дверь, Векс был уверен, что на лице старой вдовы со скрипом появилась улыбка – чтобы сразу же исчезнуть.
– Приведи его ко мне, – резко сказала вдова.
– Кого, хозяйка?
– Красса. Которого ты решил наказать.
– Могу я спросить, почему, вдова Хорикс?
Она бросила на него такой взгляд, который пронзил бы крысу с десяти шагов.
– Нет, не можешь, тень. Найди его.
– Он в саду, хозяйка. Привязан к столбу.
Не говоря ни слова, Хорикс прошмыгнула мимо него – грозовое облако из разлетающихся во все стороны оборок и лент. Векс попытался последовать за ней, но она отмахнулась от него своими длинными, покрашенными медью ногтями. Он согнулся в поклоне, нырнул в ближайший коридор и застонал, прислушиваясь к ее резким шагам, затихающим внизу.
– Она не очень тебя любит, да? – спросил чей-то голос.
Векс услышал смех, доносившийся из окружавших его альковов.
Векс повернулся и увидел смятого, сложенного вдвое призрака; тот глупо улыбался. Другие негромко посмеивались.
– Да пошли вы все! – воскликнул Векс и поправил свой плащ. – Всем в два раза больше работы!
Крошечная, но все равно желанная тень, слегка спасавшая от вечернего солнца, упала на меня раньше, чем я услышал шаги. Я ждал, когда мой гость заговорит, и не хотел, чтобы он двигался с места. Я не чувствовал ничего, кроме холода, но был готов поклясться, что солнце варит меня заживо, крадет мои пары.
– Кто ты, полужизнь?
Голос напоминал карканье вороны, и я, даже не оборачиваясь, уже знал, кому он принадлежит.
– Джеруб.
– Нет, назови свое другое имя. Из тех времен, когда ты был жив.
Я ответил не сразу. Будь я жив, то сейчас напряженно пытался бы найти во рту слюну, но вместо этого я просто искал имя в памяти и в смятении смотрел на то, как вокруг снуют другие призраки с корзинами в руках. Кивком я указал на них.
– Сколько нас?
– Что?
Я посмотрел на нее, заглянул в глубь темного капюшона, в ее твердые, словно кремень, глаза.
– Сколько у вас таких как я?
Тут уже она помедлила.
– Шестнадцать тысяч.
