– Женя, может, мы встретились через столько лет не для того, чтобы ссориться? – сказал он.
– Может. Но и не для того, чтобы пытаться начать все сначала, – ответила Женя. – Это у твоих машин есть задний ход, а у времени нет.
– Наверное. Я не знаю, перед кем виноват больше, перед тобой или собой.
– Ты ни в чем не виноват, просто у меня был герой… Принц из детской мечты. А теперь его нет, – сказала Женя уже мягче, но обида в голосе осталась.
– А может, твоему принцу пришла пора стать королем и исправить юношеские ошибки?
– Это как? Не смог построить свой дом и теперь хочешь сломать чужой? Сломать-то несложно.
– Несложно, если у тебя не дом, а карточный домик.
– Пусть карточный, но я его построила и в нем живу. Я уже взрослая, если ты не заметил.
– Не заметил, – произнес Гид.
– Давай оставим мою личную жизнь в покое, лучше расскажи о себе, – предложила Женя.
Они помолчали.
– То, чем ты занимаешься, это бизнес или хобби? – спросила Женя.
– Наверное, и то и другое.
– И как? Получается?
– Ну, если мерить деньгами, то результат – не очень. А по мне, так все здорово.
– Бывает же! Я последний раз видела человека, который всем доволен, в советские времена, да и то на трибуне, – сказала Женя с иронией.
– Нет, я не всем доволен, но и не вижу смысла жаловаться. А в целом меня все устраивает. Я на своем месте.
– Но ты же в универе учился и, кажется, хотел стать математиком?
– Хотел, – ответил Гид. – Из нашей группы наукой занимаются трое, человек пять пошли в бизнес, а остальные – кем только не стали: режиссер, карточный игрок или шулер, не знаю, политик… да, и священник. Как говорил у нас один профессор, у математиков очень сложная жизнь, потому что жизнь гораздо сложней, чем математика.
– Интересно.
– А ты как? Рисуешь? В смысле, пишешь? – спросил Гид.
– По выходным, бывает, пишу. Так, для себя. А на работе рисую, иногда даже черчу. Я – дизайнер.
– А здесь ты с кем?
– С Анжеликой, с подругой. Мы учились в одной группе. Она обожает машины и решила вывезти свою студию, а ее муж не смог поехать.
– А твой?
– Она пригласила меня. Мы сто лет не виделись, хотелось пообщаться. Да и на природе нечасто бываем.
– Понятно.
– Потом, я – удобный компаньон для такого случая, не особо рвусь за руль.
Они помолчали.
– Ты… счастлива? – вдруг вырвалось у Гида.
– Это важно?
– Тогда, через три года, я просто очень хотел тебя увидеть.
– И что? Увидел?
– Увидел.
– Ничего ты не увидел. – Женя снова повернулась к окну.
– Ты сказала, что у тебя есть парень.
– Я хотела тебя позлить… А ты не заметил, что пропасть стала меньше?
– Заметил.
Гид осторожно взял ее за руку.
– Женя… пойдем ко мне.
– С ума сошел?
– Сошел.
– Спокойной ночи…Гид.
– Прости меня.
Гид еще долго стоял у окна, пытаясь понять, что с ним происходит. Он вспоминал их платонический роман с Женей. Он писал ей стихи, они вместе ходили в Эрмитаж, в театры. Он мечтал о ней, она ему снилась, и при этом они даже ни разу не целовались. Дело не в возрасте. Она была умной начитанной девушкой, а где, как не в книгах, тогда можно было почерпнуть житейской мудрости? Почему он так и не посмел к ней прикоснуться? Боялся, что Женя отвергнет его? Конечно, но это же просто один из обязательных этапов старой, как мир, игры между мужчиной и женщиной. Игры, в которой настойчивость всегда имеет шанс оказаться вознагражденной. Понимал ли он тогда это? Он уже не помнил.
Помнил, что это был тот самый возраст, когда гиперсексуальность оказывалась сильнее всех остальных чувств, а зачастую и рассудка. Зачем Бог создал нас такими, за что такое наказание? Почему у женщин отношение к сексу гораздо разумнее и правильнее? Может, Бог, создавая Еву, учел недостатки конструкции Адама. Возникшая в голове аналогия с выпуском новой, более совершенной модели автомобиля заставила его рассмеяться над собственными рассуждениями. Да, похоже, права была его бывшая жена, говоря, что он совсем помешался на этих машинах.
– Гид, ты здоров?
В холле стоял Шуруп и с интересом смотрел на него.
– Здоров, как никогда.
– И кто она такая?
– Шуруп, ты никогда не слышал о тактичности?
– Я в техникуме проходил двухтактные и четырехтактные двигатели. Так что о тактичности знаю все. А тебя я таким никогда не видел.
– Каким таким?
– Ты сегодня молчал весь день, а теперь ржешь один в темноте.
– Да ты – просто психолог!
– Я просто давно с тобой езжу.
– Хорошо, я голоден, а с остальными проблемами справлюсь сам.
– Ну, пошли поедим, я тоже голодный.
После нехитрого ужина Гид спросил:
– Анкеты все заполняли?
– Да. То есть только водители.
– Пусть заполнят все. Или нет, пусть на анкетах водителей допишут номера своих мобильных все пассажиры.
– Понял. – Шуруп внимательно посмотрел на Гида. – Имена, фамилии тоже?
– Не обязательно.
– Значит, старая знакомая?
– Молодая. Ну, ты – Шерлок Холмс!
– Я – доктор Ватсон.
– И Санчо Панса. В одном флаконе.
– Какая еще Панса?
– Книжки иногда надо читать. И не только по устройству автомобилей.
– Будто ты читаешь?
– Я уже столько прочитал, что мне писать их пора.
Шуруп ненадолго задумался и изрек:
– У меня есть план.
– Не пугай меня.
– Смотри. Эта, которая у них за рулем…
– Анжелика?
