– Их судили. Одного оставили в живых. Это мальчишка лет шестнадцати. Он не участвовал в зверствах.
– Потом мне надо будет самому поговорить с ним. Где он?
– Пока под стражей.
– Ладно. Словом, такое дело, Алексей! Соседство для нас неприятное. Но сейчас мы не имеем достаточно сил, чтобы избавиться от него. У меня еще раньше сложился один план. Попробуем его осуществить. Я потом расскажу на Совете. Что там с переселением?
– Дня через два закончим. Сейчас заканчиваем ремонтировать дома в Грибовичах и усадебное хозяйство для скота и птицы. Там еще работы от силы на день.
– Добро! Нам скоро понадобятся люди. Скорее кончайте! Пока еще сухо и не пошли дожди, надо будет посетить воинские склады. Ты не сможешь обучить человек пять управлять вертолетом?
– Почему нет? Конечно можно. Трудно только найти хорошо законсервированные вертолеты. Но попытаемся.
– Как там «десантники»?
– Хорошие ребята! – понял мой вопрос Алексей. – Быстро подружились с нашими. От работы не отлынивают. Кстати, они-то и должны уметь управлять вертолетом.
– Пусть зайдут ко мне завтра.
– Хорошо.
– И вот еще что, Алеша! Надо подумать о том, кто заменит Бориса Ивановича.
– Может быть Вероника? Я присмотрелся к ней. Хозяйственная баба!
– У нее будет много работы по животноводству. Нужен мужик. Как ты думаешь насчет своего бати?
– Я знаю? – неуверенно протянул Алексей. – Надо будет поговорить. Хотя, думаю, что согласится.
– Поговори! В основном, ему надо будет заботиться о состоянии складов. Полевыми работами руководит Наталья, Вера будет заниматься животноводством. А от Петра Тихоновича потребуется только забота о сохранности нашего урожая и других запасов. Техникой занимаешься ты, а оружием – Николай. Да, когда поедете на военные склады, то поищите по лечебным заведениям медицинскую аппаратуру.
– Тогда придется ехать и Александру Ивановичу. Я в ней не разбираюсь.
– Хорошо.
– Когда ехать?
– На следующей неделе. И вот, что! У нас есть женщины, умеющие водить машины?
– Пятеро.
– Маловато. Но возьмешь их. Из ребят могу дать человек пятнадцать, не больше. Положение такое, что даже на короткий срок нельзя ослаблять наши силы. Дело в том, я тебе еще не сказал, что наше расположение известно «Армии Возрождения». Как бы они к нам не пожаловали.
– Я постараюсь управиться в два дня. Максимум – в три!
– Выясни у «десантников» насчет вождения вертолетов и срочно обучи хотя бы еще троих ребят.
– Сегодня же займусь этим.
Алексей выбил в пепельницу потухшую трубку. Вошла Евгения. Она принесла Алексею кофе, а мне – стакан брусничного сока.
– Дай и мне кофе! – попросил я.
– Александр Иванович не разрешает!
– Ты все-таки думаешь, что нам придется воевать? – поинтересовался Алексей.
– Кто знает? Надо быть готовыми.
Евгения поморщилась:
– Вас и так мало осталось, мужиков, а вы еще продолжаете стрелять друг в друга. Может быть, пора кончать?
– И то! – поддержала ее Катя, – я вот слушаю вас и думаю, когда же все это кончится? Вроде на Земле и народу не осталось, все еще «гонка вооружений» идет.
– Разве мы против?
– Вы, Катюша, не видели, что делалось там в вашем селе! Иначе бы так не говорили! – Алексей встал и подошел к двери балкона.
– Я проветрю. Мы тут накурили.
– Подождите! – Катя вышла и принесла мне шерстяной плед, – укройся.
– Прости меня! – Евгения подошла ко мне и положила руку на плечо, – я вспомнила тот день, когда мы встретились! Как за мною гнались! Вы правы. Пока существуют такие изверги – надо стрелять. Я сама буду стрелять! И Катя тоже!
– Не знаю. Я не видела всего этого, о чем вы говорите…
– И надеюсь, что не увидишь! А что касается этих банд, то не знаю… Можем ли мы сидеть здесь спокойно, зная, что рядом творятся зверства и насилие над людьми, причем, в самой первобытной форме.
Катя взяла у меня, трубку и, подойдя к камину, выбила пепел.
– Но всем вы не поможете. Сейчас, наверное, всюду творится такое.
– Но есть же такие группы, как наша? Последнее слово, уверен, останется за ними!
Алексей меня поддержал:
– И я уверен! Не может быть, чтобы катастрофа превратила всех людей в насильников и грабителей. Надо искать! Может быть такие группы есть поблизости. Хотя теперь «близость» понятие относительное. Возможно, что тысячу километров в этом отношении надо считать близким расстоянием.
– Надо хорошенько «обыскать» эфир.
– Я начал было налаживать радиоаппаратуру, но текущие дела помешали. Как только появится отдушина, обязательно займусь. К сожалению, я механик, а не электронщик, и мне трудновато разбираться в радиосхемах.
– Алексей Петрович! – Женя многозначительно посмотрела на часы.
– Уже ухожу!
– Завтра в 11 собери Совет. Я приду!
– Если разрешит Александр Иванович, – возразила Женя.
– Разрешит, – рассмеялся я, – и вот еще что: сегодня вечером, когда стемнеет, пришли ко мне «десантников».
– Их не пропустят!
– Я спущу веревку с балкона.
– А если их увидят и подстрелят?
– А что, у моих охранников автоматы? – удивился я.
– Ты что не знаешь Паскевича! Он теперь командующий женской армией.
– Они не вернули оружия?
– Не все. Я, знаешь, не стал с ним спорить. Решил подождать твоего выздоровления.
