Ко мне присоединился Санёк и тоже ошалело стал перебирать сумки, туфли и прочие блага в поисках ценника. Навстречу нам вышел продавец и пригласил внутрь, где перед нами предстал настоящий клондайк брендовой одежды. Я взял с полки кроссовки Prada, спросил цену, продавец озвучил стоимость – 1 доллар. Тут с Саней, который буквально 5 минут назад еле шёл и бубнил, что хочет обратно в отель, опять произошла метаморфоза, он почувствовал, что дома козырнуть путешествием он сможет не только перед отцом, но и перед своей девушкой, буквально оттолкнул меня и с неистовой прытью ринулся в переговоры, оценку, торг. В такие моменты в его глазах появлялись какие-то нездоровые искорки, и продавец даже немного опешил. Но всё же обеим сторонам эта встреча была крайне интересна, продавец усадил нас в удобные кресла и начал переговоры с чайной церемонии, которую он проводил, судя по всему, по всем канонам, замысловато споласкивая кружки кипятком, потом заваркой, то наливая, то выливая чай на специально предназначенном столе. Пока мы пили чай, продавец подробнейшим образом демонстрировал нам интересующие товары, а когда мы мерили какие-либо из вещей, он буквально закатывал глаза от восхищения, мягко говоря, немного переигрывая.
Надо отдать должное, цены были космически маленькими, а качество было высокое, и кончилось дело тем, что из бутика мы вышли буквально с мешком, наполненным всяческим добром. В основном затарился Саня, я же к тому времени уже потратил свои запасы и ограничился покупкой пары фейковых кроссовок Prada, майкой и сумочкой для девушки, к которой на тот момент у меня душа лежала. Подделки были настолько качественными, что даже упаковка, ничем не отличимая от оригинала, содержала в себе брошюры от производителя и какие-то бирки с товарным номером. Саня вновь колотил меня по спине, приговаривая, как же удачно мы зашли. Но самое интересное произошло, когда мы вернулись в отель и поднялись на наш этаж. Мой телефон зазвонил, и на нём отобразился номер дяди Миши.
– Какого хрена мне звонит кто-то с Сашиного номера и что-то говорит на китайском? Что у вас там происходит? – без приветствия он начал разговор.
Меня как молнией ударило:
– Быстро диктуйте номер! – прокричал я.
Пазл моментально сошёлся у меня в голове, я записал номер и побежал на ресепшн, объяснил ситуацию на английском и дал трубку хостес. После небольшого диалога на китайском она сказала, что женщина стоит через дорогу от отеля у зелёного магазина. Из номера вышел ничего не понимающий Саня и спросил, что происходит. Я сказал: «Быстрее дай мне 100$, потом отдам». Выхватив у него банкноту, я запрыгнул в лифт, поехал вниз, перебежал дорогу, где мне уже махала рукой милая китайская женщина, державшая в руках Санин телефон. Она отдала мне телефон, а я буквально обнял её от радости, затем протянул 100$ в знак благодарности, но она наотрез отказалась брать деньги, засмущалась и пошла своей дорогой.
Вернувшись в отель, я подошёл к Сане, вернул ему 100$ и протянул телефон со словами:
– Позвони бате, скажи: всё в порядке, мы возвращаемся!
Back to reality
Обратный путь почему-то всегда навевает на меня грусть. Я смотрел в иллюминатор на ночное небо, скрывающее под собой огромную страну, которая подарила нам столько эмоций, но так и осталась загадочной, манящей, непостижимой. Рядом сопел уставший от всей этой суеты и переездов Саня.
Не знаю, что ему снилось, но, по-моему, во сне он слегка ухмылялся.
Москва встретила нас прохладным весенним утром. Мы были уставшие, но полностью удовлетворённые пережитыми событиями. На выходе из аэропорта Саню встречал дядя Миша, он пожал нам руки, обнял Саню, а меня одобрительно похлопал по плечу, мысленно соглашаясь с тем, что нет-нет да и что-то у нас получилось.
Хотя, надо признаться, потом выяснялось, что, несмотря на все старания, мы какой то херни закупили. Но тогда, этот момент был для нас всех, в какой-то мере торжественный.
Я с сумками планировал сразу поехать на Горбуху, рынок, где я мог моментально реализовать всё скупленное. Саня решил проводить меня до аэроэкспресса, мы шли, и нам как будто бы нечего было друг другу сказать. В детстве мы не хотели расставаться и всегда пытались уговорить родителей оставить нас вместе на подольше, а сейчас, когда мы взрослые и можем продолжать веселиться сколько сами захотим, мы почему-то сами расходимся в разные стороны. Да, у каждого своя жизнь и каждый добровольно выбирает идти по своим, наверное, более важным делам. Поэтому сказать было особо нечего. Каждый думал о своём.
Но, перед тем как попрощаться, прямо перед дверью вагона Саня остановил меня и сказал с ухмылкой:
– Слушай, да с тобой в казино надо играть!
Я повернулся, посмотрел ему в глаза и, запрыгивая в закрывающиеся двери, ответил:
– Предпочитаю сливать деньги на женщин!
