Гонщик полностью

Он представляет меня друзьям, а я не замечаю этого, заливаясь слюной по его члену. Мои щеки и шея запылали так, что их защипало, я обернулась и испуганно улыбнулась десятку вымазанных машинным маслом парней.

– Привет, – сказала я тонким голосом, как будто меня поймали за воровством сластей из буфета.

Фан-клуб Харли пробурчал в ответ свои приветствия, пялясь на меня, как будто я была экспонатом на выставке уродов и они заплатили за зрелище по пятерке. Я, в принципе, привыкла, что на меня пялятся незнакомцы. У меня была бритая голова. Я слишком ярко красила глаза. Я была страшно худой, а одевалась как восходящая рок-звезда, делающая карьеру через постель. У людей была масса причин пялиться. Как правило, я плевала на это нежеланное внимание, списывая его на нормальное человеческое любопытство, но эти взгляды были другими. Этот народ не интересовало, как я выгляжу. Им было интересно, почему меня выбрал их король. Под их испытующими взглядами мне захотелось спрятать лицо у Харли в плече, но вместо этого я расправила плечи и широко улыбнулась.

«Отмочи шутку, Биби. Ради всего святого, а то неудобно».

– Может, – скорчила я рожу в сторону Харли, изображая недовольство, – кто-нибудь из вас подскажет этому придурку, что он должен мне половину этих денег?

В награду мне прозвучал хор низкого мужского смеха.

«Слава богу», – подумала я, выдыхая и прислоняясь к Харли.

– А она права, мужики, – хохотнул темноволосый парень, похожий на отсидевшего Элвиса Пресли. – Ну, в смысле это же ее машина.

– Твоя малышка-пятерка поджарила этого засранца, – добавил кто-то еще, подняв брови практически на весь лоб.

– Пш-ш-ш, это все Харли, – ответила я с мечтательной улыбкой во все лицо.

– Не слушайте ее, – вмешался Харли, накрывая свободной рукой мой рот. – Эта малышка, на фиг, знает все, что можно, о гоночных машинах. Она однажды еще надерет задницы вам всем.

Мужики заржали над шуткой Харли, пихая друг друга локтями, а я хлопнула его по руке. Но я знала, что он не шутит. Он действительно думал, что я смогу это – гонять со взрослыми мужиками в своем маленьком «мустанге». Эта мысль была одновременно дико приятной и дико пугающей. И совершенно безумной.

Со старта донесся гудок, от которого я подскочила и еще сильнее вцепилась в Харли.

«Проклятые кошачьи рефлексы».

Харли погладил меня по руке и сказал:

– Нам, пожалуй, стоит убрать «станга», пока Джимбо и Кол Младший не начали орать.

Прежде чем дать нам уйти, все парни по очереди поздравительно хлопнули Харли по плечу и спине.

– Береги ее, – говорили они.

– Приглядывай за ней.

– И берегись, мужик. Это непростая штучка.

Я восприняла их едкие комментарии как знак того, что меня приняли, и сияла, пока Харли вел меня к маленькому черному хетчбеку и сажал на пассажирское место. Скользнув за руль, Харли завел мотор, и на нас обрушилась волна воздуха из кондиционера и волна восторженных криков вслед, когда он отъезжал.

– Господи, – сказала я, поворачиваясь к нему лицом. – Они тебя любят, мужик.

– Они любят меня только за то, что я больше не беру у них деньги каждые выходные, – улыбнулся Харли.

Он поставил машину возле своей и выключил мотор. Этот угол трека опустел, потому что все собрались на старте, и, когда Харли выключил фары, стало совсем темно.

– Кстати, о деньгах, – сказал Харли, сунув руку в нагрудный карман. – Я правда думаю, что должен отдать тебе половину денег Престона.

– Что? Нет! – закричала я, хватая его за локоть, чтобы помешать вынуть руку из кармана. – Я же просто пошутила! Я не возьму твои деньги!

Харли улыбнулся. Колечко в губе блеснуло.

– Люблю твою уверенность в том, что ты тут что-то решаешь.

Я не могла ничего ответить. Слова «люблю твою», слетевшие с этих губ, вызвали у меня временный паралич. Я что, всерьез думала, он скажет «люблю тебя»? Ну, смешно же. Мы и знакомы-то были всего четыре дня.

«Господи, Биби, соберись».

Игнорируя мою растерянность, Харли изящно сменил тему.

– Знаешь, я поставил к себе в комнату твой стул и этого кролика с рогами. Не хочешь зайти взглянуть?

Хитрый блеск глаз и поднятая бровь ясно говорили о том, что Харли, как и я, не прочь возобновить наши вчерашние занятия.

Все мое тело вопило да, но, судя по тому, как темно было на улице, я знала, что неотвратимо приближался мой отбой.

– Я бы хотела, но мне надо домой, – заныла я. – И, чтоб ты знал, кролик с рогами называется кролень.

Харли улыбнулся.

– Ну, я прозвал его Дейв, потому что этот засранец так и пялился на меня утром, когда я дрочил.

Икнуть.

Моргнуть.

Вздохнуть.

Я дружила с парнями. Я знала, как они разговаривают. Но услышав, что этот парень говорит такое после того, как я провела весь вчерашний день на его члене, я ощутила приступ похоти до боли в груди. Не говоря о прочих местах.

– Правда? – спросила я севшим голосом, заправляя за ухо одну из своих длинных прядей.