— Прошу меня простить. Мистер Най прав. Я действительно все знаю про Уиндермир. Но я люблю подтверждать факты. Отчеты часто являются неточными. — Он похлопал по своему огромному портфелю. — Их составляют правительственные служащие, и никто не знает, что может сообщить о тебе какой-нибудь безмозглый бюрократ, верно, мистер Най? Я подумал, что вас обрадует возможность рассказать, как все было на самом деле, чтобы покончить с клеветой. Ну, вы понимаете.
Начальник службы безопасности напряженно молчал. Тис пожал плечами и достал из портфеля конверт из плотной бумаги.
— Хорошо, мистер Най, давайте продолжим. Не могли бы вы рассказать своими словами, что произошло утром, когда случилось несчастье?
Англичанин откашлялся.
— В девять пятьдесят я получил сообщение о тревоге второй степени из лаборатории пятого уровня.
— Как много цифр. Что они означают?
— Произошло нарушение целостности. Пострадал чей-то костюм биохимической защиты.
— И кто сообщил о происшествии?
— Карсон. Доктор Карсон. Он доложил об этом по общему каналу аварийной связи.
— Понятно, — кивнув, сказал Тис, — продолжайте.
— Я немедленно отправился на пост охраны, оценил ситуацию и принял руководство лабораторией на время аварийной ситуации.
— Вот как? Не проинформировав об этом сначала доктора Сингера?
Следователь посмотрел на директора.
— Таковы правила, — ровным голосом ответил Най.
— Доктор Сингер, когда вы узнали, что мистер Най взял на себя управление, вы, естественно, радостно с этим согласились?
— Конечно.
— Доктор Сингер, — сказал Тис немного более резко, — я провел весь сегодняшний день, просматривая видеопленки несчастного случая. Я слышал большинство разговоров, которые тогда происходили. А теперь, не могли бы вы снова ответить на мой вопрос?
Наступила тишина.
— Ну, — сказал наконец директор, — по правде говоря, мне это не слишком понравилось. Но я не стал возражать.
— Мистер Най, — продолжал следователь, — вы говорите, что приняли руководство, потому что таковы правила компании. Но по моей информации, предполагается, что вы должны сделать это только тогда, когда, по вашему мнению, директор не в состоянии должным образом выполнять свои обязанности.
— Совершенно верно, — ответил Най.
— Таким образом, я могу сделать вывод, что у вас имелись серьезные причины считать, что директор не выполняет свои обязанности должным образом.
Снова наступило долгое молчание.
— Совершенно верно, — повторил начальник службы безопасности.
— Абсурд! — выкрикнул Сингер. — В этом не было никакой необходимости. Я полностью контролировал обстановку.
Англичанин сидел в напряженной позе, его лицо превратилось в каменную маску.
— Итак, что заставило вас подумать, что директор не сможет справиться с аварийной ситуацией? — мирно продолжал Тис.
На сей раз Най не колебался.
— Я чувствовал, что доктор Сингер позволил себе слишком сблизиться с теми, кем по положению должен был руководить. Он ученый и чрезмерно эмоциональный человек, поэтому не в состоянии справляться со сложными ситуациями. Если бы управление оставалось в его руках, результат мог быть совсем другим.
Директор вскочил на ноги.
— А что плохого в том, чтобы вести себя с людьми дружелюбно? — рявкнул он. — Мистер Тис, вы должны понимать, даже после такого короткого знакомства, с каким человеком вы сейчас разговариваете. Он страдает манией величия. Его здесь никто не любит. Практически каждые выходные он пропадает в пустыне. Для всех загадка, почему Скоупс его тут держит.
— Вот как! Понятно.
Следователь довольно сверился с записями в своей папке, позволив неприятной паузе стать еще длиннее.
Сингер вернулся на свой привычный пост у окна, встав спиной к Наю.
Тис достал из кармана авторучку и что-то записал. Затем он помахал ею перед носом англичанина.
— Насколько я понимаю, эти штуки тут запрещены. Хорошо, что для меня сделали исключение. Я ненавижу компьютеры.
Он аккуратно убрал ручку обратно.
— Итак, доктор Сингер, — продолжал он, — давайте перейдем к вирусу, над которым вы работаете, Х-гриппу. В документах, переданных мне, полезной информации практически нет. Что именно делает его таким смертоносным?
— Как только мы это поймем, мы сможем с ним что-нибудь сделать, — ответил Сингер.
— Что-нибудь с ним сделать?
— Разумеется, обезвредить его.
— Для начала объясните мне, почему вы работаете с таким страшным патогеном?
Директор повернулся к нему лицом.
— Поверьте мне, это не входило в наши намерения. Вирулентность Х-гриппа явилась неожиданным побочным эффектом нашей технологии генной терапии. Штамм находится в стадии изменения. Как только продукт будет стабилизирован, данная проблема перестанет нас беспокоить. — Он помолчал. — Трагедия заключается в том, что Розалинда пострадала от вируса на начальном этапе работы с ним.
— Розалинда Брендон-Смит, — медленно повторил имя Тис. — Должен сказать, что мы совсем не в восторге от того, как было произведено вскрытие ее тела.
