Вальгий — Гай Вальгий Руф (I век до н. э.), поэт и прозаик, консул-суффект 12 года до н. э., друг Мецената, Тибулла и Горация[655]. Последний посвятил ему одну из своих од, в которой призывал Вальгия отбросить уныние и воспеть в стихах подвиги Августа[656]. Помимо элегий, эпиграмм и буколических стихотворений, Вальгий написал несколько работ, посвященных вопросам грамматики, а также трактат о лекарственных травах[657]. Будучи учеником знаменитого ритора Аполлодора Пергамского, он перевел его сочинения на латинский язык[658]. От произведений Вальгия дошли лишь жалкие отрывки.
Братья Виски — сыновья богатого всадника Вибия Виска, близкого друга императора Августа. Они были известны как даровитые поэты и критики[659].
Аристий Фуск — известный в свое время грамматик и драматург[660]. У Горация он фигурирует в шуточной девятой сатире первой книги[661]. Кроме того, поэт специально посвятил Фуску как своему доброму другу одну оду (I.22) и одно послание (I.10).
Поллион — Гай Азиний Поллион (76 до н. э. — 5 н. э.), сын Гнея Азиния. Он происходил из семьи богатых всадников и уже в молодости увлекся политикой: в 56 году до н. э. поддержал Корнелия Лентула Спинтера, а в 54-м выступил в суде против трибуна Гая Порция Катона, который, однако, был оправдан[662]. В дальнейшем Поллион примкнул к Гаю Юлию Цезарю, участвовал в его многочисленных военных походах и стал ближайшим соратником диктатора. Например, он был среди тех, с кем советовался Цезарь перед переходом через пограничную реку Рубикон в январе 49 года до н. э. Позднее Азиний Поллион отважно сражался при Фарсале, отличился в Африканской и Испанской кампаниях[663].
После убийства Цезаря в 44 году до н. э. Поллион, будучи наместником Дальней Испании, некоторое время колебался, а затем решил присоединиться к Марку Антонию[664]. В 41 году до н. э. он был назначен наместником Цизальпинской Галлии, где курировал распределение между ветеранами земель, конфискованных у местных жителей[665]. Позднее как консул 40 года до н. э. и представитель Марка Антония он участвовал в заключении Брундизийского договора в октябре 40 года[666]. В 39 году до н. э. Азиний Поллион отправился в военный поход в Далмацию и был удостоен триумфа за победу над племенем парфинов[667].
На свою долю военной добычи Поллион восстановил храм Свободы на Авентинском холме и в 38 году до н. э. пристроил к нему здание библиотеки — первой публичной библиотеки в Риме[668], содержавшей книги латинских и греческих авторов. Первым библиотекарем стал известный ученый Марк Теренций Варрон. В специальном помещении Поллион собрал большое количество произведений искусства и организовал нечто вроде музея, где хранились творения знаменитейших греческих скульпторов, в том числе и грандиозная скульптурная группа, известная ныне под названием «Бык Фарнезе»[669].
После этого Азиний Поллион ушел на покой и предался творчеству. Когда Октавиан Август в 31 году до н. э. пытался привлечь его для участия в сражении при Акции, он ответил отказом[670]. Более того, в дальнейшем Поллион достаточно скептически относился к деятельности Октавиана и даже оказывал покровительство его ярым критикам[671].
Азиний Поллион был не только блестящим военачальником, но и талантливым поэтом, оратором, драматургом, критиком и историком. Еще в юности он поддерживал дружеские отношения с поэтом Катуллом[672] и другими поэтами-неотериками, писал буколические и эротические стихотворения, а затем и трагедии, которые шли на сцене и пользовались некоторым успехом[673]. Гораций очень тепло отзывается о Поллионе как драматурге:
Но более всего Поллион прославился как знаменитейший оратор своего времени[675]. Сохранились названия примерно восьми его речей, среди которых наиболее известны следующие: «В защиту наследников Урбинии», «В защиту Скавра», «Против Луция Мунация Планка», «В защиту Луция Нония Аспрената».
Известен был Поллион и как историк. Его главный труд — «История» в семнадцати книгах, от которой, к сожалению, сохранились лишь небольшие отрывки. В этом произведении излагалась история гражданских войн, начиная с 60 и примерно до 42 года до н. э.[676] Гораций посвятил Поллиону одну из своих од, в которой так пишет об этом произведении:
