Его называют Гордый. Он опасный властный коллекционер. На первое свидание он выманил меня шантажом. На второе – тоже. Обстоятельства вынудили меня сбежать от этого человека, но сегодня Гордый меня нашел, мечтая о мести. И я молюсь, чтобы ему ничего не стало известно о нашем сыне…
КРИСТИНА
– Иду я, иду!
Кого черти принесли?! Для всех я уже час, как уехала!
Как только распахиваю дверь, дыхание сбивается. Я замираю.
На пороге – отец моего сына. Мы расстались ужасно. Настолько ужасно, что лучше бы нам никогда больше не встречаться.
Его имя – Гордей, но все вокруг называют его иначе: Гордый.
Пораженно смотрю на мужчину и опасливо встречаюсь с темно-карим взглядом.
Гордей чуть кривит уголки губ и сурово прищуривается, вальяжно опираясь плечом о дверной короб, скрещивая руки на груди.
– Привет, золотце, – с неприязнью выплёвывает мне в лицо каждое слово. – Впустишь?
От неожиданности делаю два шага назад. Слишком громко втягиваю воздух в легкие, но внезапно наваливается ощущение, что чьи-то невидимые пальцы резко впиваются в горло и не позволяют сделать ни вдоха.
Внутри все обмирает. Впущу ли я его? Конечно, впущу. Разве у меня есть выбор?
Страшная догадка сводит скулы, пока я пытаюсь прийти в себя от потрясения.
Не верю, что он узнал о сыне. Никто не знает. Тогда остается только один вариант.
– Ну раз не приглашаешь, сам войду, – широкими размашистыми шагами Гордей проходит в кабинет и плюхается на мягкий диван из светлого кожзама. Вальяжно закидывает правую ногу на левое колено. Руки раскидывает в стороны на спинке дивана. Но даже такой расслабленный он выглядит довольно агрессивно. Ухмыляясь, сверлит во мне дыру.
Мужчина чувствует мой ступор, ловит каждое движение, каждую эмоцию, выворачивает наизнанку и возвращает сторицей.
– На улице дожидается мой адвокат, – вальяжно кивает в сторону двери. – Он будет представлять мои интересы в суде, если ты решишь уклониться от обязательств.
Неслышно сглатываю, ставлю крест на своей тайне. КАК ОН УЗНАЛ О СЫНЕ?! Отказываюсь верить, что давние разборки все же привели его ко мне.
Из последних сил стараясь сохранить испаряющееся хладнокровие, шагаю ближе к мужчине, пытаясь выиграть хоть немного времени.
– Вообще-то, я уже собиралась закругляться и закрывать кабинет. Но раз ты так дружелюбно напросился в гости, то почему бы тебя и не потерпеть, – я буду все отрицать. До последнего! Нагибаюсь и быстро собираю со столика разбросанные бумаги. Складываю в аккуратную стопку. И только выпрямившись, отмечаю, что Гордей увлеченно разглядывает меня. – Кофе не предлагаю. Закончился. Разговаривать не хочу. Устала.
Более язвительное замечание я все же заставляю себя проглотить. Ибо себе дороже. А ещё я старательно делаю вид, что не замечаю, насколько унижающим и высокомерным взглядом Гордей теперь меня рассматривает.
– Даже не хочешь узнать о цели моего визита?
Вместо ответа пронзаю гостя неприятным взором и складываю руки на груди. Хм. Как будто у меня есть выбор…
Исходящие волны лютой злобы, что транслирует мой бывший любовник, я ощущаю кожей.
– Поделись, уж будь добр.
– Ты мне должна кучу бабла.
Ступор… Паника начинает нарастать еще больше.
Что?! Он не шутит?!
Перед глазами уже все плывёт, а эта акула денежного мира продолжает распиливать меня взглядом…
Я перевожу беспомощный взор на дверь – за ней вроде как адвокат стоит, – затем обратно на Гордея. Но злорадство, высеченное на его лице, просто убивает.
Он требует с меня деньги?! Вот так легко заявился и требует?!
– Я прошу прощения, о какой куче идет речь?
Ответ окончательно вышибает дух:
– Дуру из себя не строй, – наглеет гость. – Твой любовник совместно с моим бывшим партнером разул меня на несколько миллионов, и часть из них осела на фирме, зарегистрированной на твое имя. Поэтому, раз ты здесь хозяйка, либо гони бабки обратно. Либо переписывай часть бизнеса на меня. И заканчивай ресницами хлопать. Отвертеться не получится.
Челюсть моя с грохотом трескается об пол. О чем он говорит?
– А… а причем здесь я? – недоумение в собственном голосе бьёт по и без того напряженным нервам. – Разбирайся с ними! Тебя развели, а я отвечать должна?!
– Ты овцу-то из себя не строй. Его теперь только Интерпол и найдет.
Вообще-то, Олег уехал четыре дня назад и был на связи еще вчера.
– Да это явно какая-то ошибка, – развожу руками. – Ты что-то перепутал.
– Ошибка – это то, что вы с ним на пару еще за решеткой не гниете. Ты не понимаешь, что это мошенничество в особо крупных?!
– Сколько? – пытаюсь собраться с мыслями, но озвученная сумма заставляет поморщиться и тихонько сглотнуть. Олег действительно помогал мне с фирмой и давал деньги…
– Ну ты, конечно же, не в курсе. Ага, – его хищный оскал добивает.
– Мне… мне нужно немного подумать, переговорить с Олегом и посоветоваться с… – проглатываю слово «юрист». – Благодарю, Гордей Александрович, что нашли время лично нанести визит. А сейчас… просьба покинуть помещение.
– Гордей Александрович, – противно передразнивает меня, – готов ожидать вашего ответа в течение пяти дней. Далее последует обращение в суд. С моим адвокатом всегда можно пообщаться. Вот его визитка, – швыряет вытянутую из кармана картонку на стол и поднимается. – Кристина, ты думала, то я баран? Или на мне долго ездить можно?
Какой суд? Он лучше катком по мне прокатится…
– Я буду разбираться.
