Дальше дорога стала гораздо интереснее. Наткнулись еще на одну телегу, затем на парочку, а потом сразу четыре пришлось обходить. Как-то многовато транспорта для не слишком оживленного местного движения. Хотя, почем знать, может, именно на этом участке до выброса кипела жизнь. Туннель очень длинный, к тому же многих возничих могло застигнуть выбросом неподалеку от него и у них хватило ума поискать убежище под землей.
Вот только эта идея не сработала, от лошадей и их хозяев остались лишь обглоданные косточки. Кто это сделал — неизвестно, но все остальное Троя не интересовало. Рашмеры обнаружили на повозках нетронутые припасы, воду и вино, одеяла и не загрязненную пеплом одежду. Даже кошельки и украшения валялись возле растерзанных тел нетронутыми.
Впрочем, южных тварей никогда не интересовали золото и серебро.
Трой двигался впереди, причем не торопился. Держал меч наготове, в ожидании того момента, когда из мрака выскочит что-то ужасное. Ему придется первым вступить в схватку, и хорошо, если не погибнет сразу. Кто скрывается во тьме — неизвестно, но он уже уничтожил десятки людей и лошадей, с пугающей легкостью перекусывая самые крепкие кости.
Или они?
Опасность пришла с неожиданной стороны. Трой услышал, как наверху что-то зашумело, успел дернуться в сторону, но недостаточно быстро — что-то с силой ударило по шлему, перед глазами потемнело, не удержавшись, он завалился, выронив меч. А затем, похоже, на несколько мгновений отключился, будто из памяти кусок вырезали. И при этом столкнулся со странным, неописуемым ощущением — будто вот-вот ухватится за ниточку настоящего воспоминания, за которую стоит только правильно потянуть, и размотается припрятанный в темных глубинах сознания клубок грубо стертого куска жизни.
— Трой! Трой!
Миллиндра кричала ему в лицо, мешала, не давала ухватиться за важную нить. Настырная девчонка, если уж за что-то взялась, от своего ни за что не отступит.
Пришлось бросить попытки напрячь память и ответить:
— Да тут я. Что это было?
— Камень со свода сорвался. Тут их много падает. Дальше обвал, телеги не смогли проехать, вот и остались все здесь.
— Обвал? Мы сумеем там пробраться?
— Да, пешком там можно пройти, только надо делать это осторожно. Ты как?
— Я в порядке. Большой камень?
— С твою голову. Хорошо, что здесь невысоко, шея могла не выдержать.
Из мрака выскочил Храннек:
— Трой, ты очнулся?
— Да. А почему вы разбежались по сторонам?
— Ну, так мы ничего не поняли поначалу, думали, что на тебя кто-то напал, бросив камень, и потому ринулись в атаку.
— Вояки, — усмехнулся Трой, поднимаясь.
— С тобой точно все в порядке? — уточнила Миллиндра. — Удары по голове — не шутка, а этот был сильным, ты даже сознание потерял.
— Не совсем потерял, это было что-то другое.
— Что?
— Не важно.
— Там, впереди, где обвалилось, ход появился, — сказал Храннек.
— Ход?
— Ага. Здоровенная дыра в стене, там теперь все стоят и таращатся на нее. Интересно, куда она ведет.
— Быстрее туда.
По пути пришлось обойти несколько повозок, скопившихся перед преградой. Дальше и правда хода для них не было, слишком крупные глыбы сверзились со свода, некоторые и вдесятером с места не сдвинешь, расчищать такой завал придется не один день, хозяева телег справиться с такой задачей не успели, погибли раньше.
Народ собрался вокруг неровного отверстия по левую сторону туннеля. При свете Трой оглядел его края и сделал вывод:
— Это не камень, это строительный раствор. Пещеру заделали при ремонте туннеля, но после землетрясения новая стена обвалилась.
— Это очень толстая стена, в ней не меньше трех моих шагов, — удивился Драмиррес. — Для чего строители так старались?
— А разве не помнишь, что в подземельях Краймора бывает опасно? В книжной лавке говорили, что в этом туннеле раньше обитали южные твари. Его пришлось хорошенько вычистить, а все проходы вниз надежно заделать.
— Думаешь, они опять вылезли из этой дыры, а потом сожрали всех людей и лошадей?
— Скорее всего, так оно и есть. А может, такой ход не один.
— Тогда нам надо валить отсюда как можно скорее, — занервничал Бвонг. — И как тут с пеплом? Дальше идти можно?
— Сейчас проверю.
Проведя измерение, Трой доложил:
— Стало еще зеленее. Сколько мы уже прошли, Милли?
— Приблизительно две лиги.
— То есть осталось около трети?
— Да.
— Соберитесь с силами. Возможно, придется подраться, уж слишком много везения на нас свалилось в последнее время.
— Ты называешь это везением?! — изумился Бвонг.
— Мы живы, а это при таком выбросе — громадное везение.
— И может, прямо сейчас начать, — напряженно произнес Драмиррес.
— Ты о чем? — не понял Храннек.
— О драке, на которую нам намекнул командир. Я что-то услышал. Где-то там, — северянин указал на пролом в стене.
— Всем тихо, — приказал Трой.
Рашмеры послушались, и в наступившей тишине он отчетливо различил настораживающие звуки. Громкое сопение, перемежаемое неритмичным похрюкиванием, такой специфический шум может производить только живое существо.
И этот шум приближался.
— Трой, что это за чума на наши головы? — громким шепотом спросил Бвонг.
