Задумалась над его словами и понимаю, какую глупость сказала — выставила себя настоящей дурой перед совершенно незнакомыми людьми. И надо же было додуматься! Кем бы эти ребята ни были, их реакцию понять можно.
— Ладно, путешественники, пойдемте с нами, — отсмеявшись, предложил Джонни. — У нас, конечно, не бог весть, какие условия, но крыша над головой есть, и это уже немало.
Роланд согласно кивнул.
— Мы не причиним вам вреда, не бойтесь — сказал он, пристально глядя на меня. — Пойдете?
Я смотрю на Ланса, он чуть заметно кивает.
— Хорошо.
— А сколько вас? — спрашиваю, потому что мне действительно очень интересно, скольким еще, кроме нас с Лансом, удалось выжить.
— Слишком мало, — вздыхает Джонни. — Всего пятеро. И до этого момента мы считали себя единственными выжившими. Хорошо, что ошибались.
Смотрю на этих странных парней и понимаю, что больше не боюсь их. Мне на самом деле интересно, что будет дальше, куда они приведут нас и кто ещё эти другие выжившие?
— Ну, ведите, если не шутите, — говорит Ланс, берёт меня за руку и поглаживает большим пальцем моё запястье. Это успокаивает и волнует одновременно.
Парни молча отворачиваются и уходят вперёд. Мы с Лансом следуем за ними, Барнаби бежит рядом, высунув язык, и вот уже через несколько минут мы оказываемся перед большим двухэтажным домом. Вокруг полная разруха, земля под ногами рассечена трещинами, а этот дом будто совсем нетронут Взрывом. Честно признаться, не ожидала, что мы так быстро найдём пристанище. Добром ли обернется для нас эта встреча или станет худшим событием в жизни понять невозможно, но я изо всех сил стараюсь верить в лучшее.
Теперь очень хочется получить ответы на все наши вопросы.
Чувствую, что Изабель успокоилась и больше не дрожит. Мне не хочется, чтобы она боялась — ощущаю себя ответственным за неё. Может ли человек, которого знаешь всего несколько дней, стать настолько родным и близким, как стала мне эта отважная девушка? Раньше ответил бы категоричным "нет", и никто бы не смог убедить меня в обратном. Сейчас же всё изменилось.
Как все-таки странно устроена жизнь, и как причудливо способны переплетаться человеческие судьбы — никогда не устану этому удивляться.
Наши нечаянные знакомцы, по сути, ещё дети, но что в них осталось детского? Смотрю на каждого из них и замечаю, насколько они изранены внутри. Их души искалечены, в глазах поселилась тьма, а жизненного опыта столько, что хватит на двадцать взрослых.
Роланд и Джонни привели нас с Изабель в этот странный дом, в котором они, нужно отметить, неплохо устроились. Здесь уютно настолько, что можно на время забыть те события, что привели каждого из нас в это жилище.
— Проходите и располагайтесь, — говорит Джонни, когда мы переступаем порог дома. На нас смотрят три пары удивленных глаз, словно мы звери диковинные. Ну, ладно, один из нас, конечно, зверь, но уж точно не диковинный — обычный лохматый пёс. И этот пёс сейчас ведет себя очень даже прилично — ступает тихо, голоса не подаёт и обнюхивает пространство вокруг себя, пытаясь на запах определить насколько здесь безопасно.
Роланд, вошедший следом, возится с дверью, на которой нет замка, но с помощью разных подручных средств парню удается закрыть её довольно надёжно.
Дом погружен в полумрак — источником света здесь служат свечи, расставленные по всей комнате.
— Это кто ещё такие? Где вы их откопали? — слышу настороженный голос темноволосой девушки, сидящей на каком-то матрасе, вытянув вперед одну ногу.
— Мы нашли их возле дома, лежащих без сознания. — Джонни подходит к темноволосой, чтобы погладить ту по голове. — Мне показалось, что они не причинят нам вреда, поэтому привёл.
— Я сначала был против, мало ли. — Роланд тоже приближается к девушке и присаживается рядом, как бы намекая, что она принадлежит именно ему. Популярная особа эта брюнетка, ничего не скажешь. — Но потом подумал, что к Нему они никакого отношения не имеют, поэтому пусть живут — мне не жалко.
— Вообще-то вы должны были посоветоваться прежде, чем приводить к нам непонятно кого! — Чувствую, как от этих слов, сказанных ледяным тоном, Изабель вздрагивает и сжимается. — Зачем они нам?
— Опять ты за своё, амбициозный ты идиот! — кричит Роланд, вскакивая с места. — Вечно тебя что-то не устраивает, во всё тебе нос свой сунуть нужно! У нас самих есть голова на плечах — мы с Джонни не такие дурачки, как тебе хочется думать. Мы в силах и уме сами принимать решения, не советуясь с тобой. Твоё время кончилось в тот момент, когда ты продался Генералу. И будь любезен, придурок, считаться не только со своим мнением. Имей хоть каплю уважения!
— Так, стоп! — мои нервы не выдерживают. Как будто, можно подумать, мы напрашивались в их дружный коллектив. — Если наше появление здесь для кого-то проблема, мы уйдем. Не собираемся никому навязываться, ясно? У нас есть своя цель в этом Городе, сами справимся.
Я тащу Изабель к выходу. Дверь завалена всяким хламом, но раскидать его по сторонам для меня дело пустячное.
