– Я помню тот майский вечер, как сейчас. Он был необыкновенно теплым. Кажется, было градусов тридцать. К вечеру все вокруг почти плавилось. И мы с Никитой хотели прокатиться, чтобы окунуться в прохладу. Мы летели по шоссе, рассекая воздух. Сама скорость опьяняла. Я успел перестроиться влево, обгоняя машину справа. Никита совершал тот же маневр вслед за мной, когда машина вильнула в эту же сторону. И… Никита умер на месте. Скорость была слишком большой, чтобы были хоть какие-то шансы. С тех пор на мотоцикл я больше не садился. И больше не пел. Не видел в этом смысла.
– Ваня, мне так жаль.
Я взяла в руки его лицо и поцеловала. Вот что оставалось недосказанным. Эта боль, очередная боль. Мне хотелось убрать ее своими прикосновениями.
– Но сегодня ты пел…
– Сегодня я вдруг понял, что все изменилось. Все изменилось с тобой. Я тоже захотел перевернуть страницу.
– И ты… опять сядешь на мотоцикл? – с опаской спросила я, не до конца понимая сказанное им.
– Нет, глупенькая! Я хочу жить. Я хочу жить и радоваться этому. Хочу любить тебя, петь, танцевать, – начал перечислять Ваня все то же самое, что недавно говорила и я. – Хочу путешествовать с тобой, ходить вместе на концерты…
– Рада это слышать. Я тоже этого хочу. Мы вместе этого хотим.
Ваня обнял меня и начал целовать с трепетом и жаром. Сейчас, среди этой пасмурной, дождливой осени, мы верили, что так все и будет. Будут наши общие концерты, интересные путешествия, танцы под луной, и много всего интересного и наполненного счастьем у нас еще впереди. Потому что мы так хотели.
***
Алекс сидел на полу в своей спальне и хмуро пялился на мирно спящую Лизу. Вроде бы, все в ней было хорошо, и фигура ладная, и личико смазливое. Но что-то не то, совсем не то. Не так она проста, как кажется на первый взгляд, хотя довольно-таки искренняя. Радуется, как дурочка, всему тому, к чему Алекс уже давно привык и воспринимает, как данность. Простушка, приехавшая из своей деревни покорять Москву. Но насколько продуманная простушка! Парню даже самому стало интересно, сколько он повстречается с ней. Пока не надоест. И пока, как ни странно, не надоедало, может, лишь чуть-чуть.
Алекс отвел взгляд от спящей девушки и посмотрел на гитару, прислоненную к шкафу. Он вспомнил свой разговор с Ваней несколько часов назад, когда по дурости чуть не поцеловал Аню в идиотской игре. Алекс вышел на балкон подышать воздухом, а его друг пошел за ним.
– Сашка, что это было? Ты опять подкатываешь к Ане?
– Я? Неа!
– Правда?
– Кривда!
Алекс увидел нехороший блеск в глазах Вани, и тут же добавил:
– Я пошутил. Неудачно. Прости. Хочешь сигаретку?
– Нет. Я бросил.
– Надолго?
– Навсегда. Саша, ты помнишь, как мы с тобой познакомились? – без всякого перехода спросил Ваня, облокачиваясь на перила.
– Никитка нас познакомил, не?
– Да. Но вот его нет, а мы все еще дружим. Почему так?
– Потому что мы через многое прошли вместе. Мы как братья.
– Вот именно, – загадочно улыбнулся Ваня и посмотрел Саше в глаза. – Брат, ты хочешь заниматься вновь музыкой?
– Ты о чем?
– Создадим опять группу?
Алекс посмотрел в низкое темнеющее небо. Ему нравилось то, чем они когда-то занимались, что играли и пели. Но Никиты больше нет, и заменить его некем.
– Но…
– Мы начнем с чистого листа. Придумаем новое название, новые песни. Все будет другим. Так как?
– Лады, брат! Я согласен.
– И не шути больше так.
– Понял.
Вот так обычное бестолковое пари дало начало чему-то новому. Тому, чего еще не знали ни Ваня, ни Алекс, но так завораживало, так пленяло. Новые возможности всегда окрыляют.
День рождения, совпадающий с Хэллоуином, это не совсем тот день, о котором мечтаешь. Я прекрасно могла себе представить, как чувствуют те люди, у которых День рождения пересекался с Новым годом или Восьмым марта. Но что было, то было, да и в конце концов, это был не самый выдающийся праздник для меня. Я еле упросила Ваню не говорить нашим друзьям о моем персональном торжестве, потому что на вечеринке в стиле Хэллоуин, мне казалось совсем неуместным праздновать свое рождение. В детстве моя мама часто устраивала костюмированные вечеринки, наряжая меня то Золушкой, то Рапунцель, то еще другими героинями, ассоциирующимися с чем-то розовым и прекрасным. Ненавидела их. Зачастую, мне хотелось надеть на свою голову тыкву и так и проходить весь праздник. И когда Ваня поинтересовался, в какие костюмы мы оденемся на вечеринку, то принцев и принцесс я сразу же отмела. Алекс с Лизой собирались одеться Джокером и Харли Квинн. Мы же решили воплотить образы пары вампиров, по-настоящему готичных и мрачных. Ваня сам не так давно шутил про нас, вечно восемнадцатилетних. Подходящее черное платье мне прислала по почте Софи, у которой дома был целый арсенал сценических образов. С гримом мне обещала помочь Лиза, парик с черными волосами я купила. Все было готово, кроме одного. Моя мама не знала, что я пойду на вечеринку.