Но чуть позже Бог Тьмы узнал, что его старший брат всё же вернул людей на Ремнат… Конечно, они были сильны не так, как раньше. Многое потеряли, ведь Бог Света на этот раз действовал без него. Но на этом всё не закончилось. Его старший брат вернул с того света того самого любимого девушки, поднявшей восстание против дуэта Богов, и, более того, наградил этого человека вечной жизнью! Бог Тьмы чувствовал себя оскорблённым, обиженным и преданным. Бог Света провернул всё это за его спиной, думая, что он ничего не заметит. Но он заметил… и был сильно недоволен действиями старшего брата! Но, опять же, они были братьями. Бог Тьмы не мог долго злиться на Бога Света. Другое дело — человечество и те два бессмертных. Бог Тьмы ненавидел их всей душой! Он хотел уничтожить их, заставить исчезнуть навсегда, но понимал, что это, скорее всего, повлечёт за собой новую ссору со старшим братом. Бог Тьмы решил действовать так же незаметно, за спиной Бога Света, как он это делал сам. Человечество и два бессмертных исчезнут, и старший брат не обнаружит в этом его вины. Как раз в поле зрения возник идеальный исполнитель…
Я думал. Смотрел на полностью чёрный стилет в своих руках и думал.
Я купался в крови. Она была мне не по локоть, а по шею. Если появится человек, который назовёт меня хорошим, я поблагодарю его, а в мыслях окрещу наивным болваном, дураком. Меня нельзя назвать добрым, хорошим, ведь это будет самой наглой ложью на свете. Иногда я считаю себя воплощением всех грехов. Настолько плохим человеком являюсь… Если найдётся, по мнению людей, самый омерзительный ублюдок на свете, я буду знать, что на моём фоне он всё равно невинный ангел.
У меня есть некоторые правила. Они позволяют не оскотиниться окончательно. Временами, я буду честен с собой, они нарушаются. Случайно или намеренно — неважно. Во всяком случае, я мысленно корю себя за то, что нарушил их. Одно из моих правил, например, гласит: не убивать детей, если они не представляют угрозу. Детьми, независимо от мира, в котором нахожусь, считаю людей строго до двенадцати лет. Вот это правило почему-то нарушается чаще всего. Особенно, если я оказываюсь в каком-нибудь средневековье. Как бы это ужасно ни звучало, но мне удалось почти что свыкнуться с его периодическим нарушением. Я даже в мыслях себя из-за его несоблюдения не так активно ругаю, как было по началу. Но есть одно правило, которое мной самим не было ещё ни разу нарушено. Я никогда не уничтожал человечество. Были случаи, когда те или иные действия с моей стороны приводили к краху людей. Из-за этого я, к слову, просто ненавижу толкать прогресс вперёд. Сложно сосчитать, сколько раз тот же мирный атом превращался в людских руках в оружие массового поражения. Я видел гибель человечества множество раз. Но чтобы сам толкал его к уничтожению намеренно? Я не имел умысел убивать всех разумных, что населяют планету. Никогда. Такое было слишком даже для меня. Раньше.
Я смотрел на полностью чёрный стилет и думал. Руки, что его держали, сильно дрожали. Очень сильно…
Это должно было быть очередное перерождение в ходе моего бесконечного цикла. Ничего необычного. Я видел, как летел к планете. Уже ощущал прикосновение ноосферы, из которой получу краткую выжимку о мире, как меня резко куда-то выдернули. Такое случилось в первый раз на моей памяти. Обычно моему перерождению ничего не могло помешать. Но, похоже, черному дракону это было неизвестно.
Мы находились в каком-то пространстве. Это точно был не космос. Понять, где именно сейчас моя душа, было сложно. Тот самый редкий случай, когда я что-то не знал… Дракон. Он был довольно краток. Мне даже показалось, что крылатый ящер куда-то спешил. Наверное, важные драконьи дела не ждали, пока он был со мной в странном пространстве. Мы не общались в привычном плане. Мне показалось, что он за мгновение разобрал и собрал мою душу обратно, успев всё очень хорошо изучить. Уже в следующее мгновение я почувствовал адскую боль. Дракон ткнул меня своим когтем, словно создал дыру в душе, затем лёгким пасом лапы заштопал её, предварительно поместив что-то вовнутрь. Боль ещё не угасала долгое время. Даже сейчас, спустя три года, я чувствую её отголоски. Она сильно ослабла, но ещё не исчезла.
Третье, последнее мгновение, после которого я всё же отправился на перерождение, было потрачено на заключение сделки. Односторонней. Дракон навязал мне свои условия, даже не дав вставить и слова. Его не интересовало моё мнение. Дракону было плевать на него. Я просто должен был выполнить поручение этого существа.
