Я фыркнула. Еще бы, всю ночь не спать. Последствия моего решения наваливались с каждой секундой все сильнее, буквально разрывая меня на части. И к утру я уже совсем не так была уверена в его правильности. Но…В любом случае нужно сначала разобраться с волком. Из-за тяжелой ночи голова была словно ватная, мысли текли вяло, и все происходящее вокруг напоминало невнятный сон.
— Может в «Марино»? — я покосилась на Шварцвальда, выруливающего на главную площадь. В «Марино» было хорошо. Много народу, но отдельные кабинки. Даже на террасе. Вид на океан, свежие устрицы, крики чаек, влажный соленый воздух, оставляющий привкус на губах. Привкус, так похожий солоноватую кожу котенка. Боже, о чем я думаю.
— Нет, — прервал сумбурный поток моего сознания Руд, — Я решил, что лучше дома посидим…Без свидетелей. Нам ведь нужно многое обсудить, верно, дорогая?
Меня передернуло от его «дорогая». Выплюнул как ругательство, и глаза сверкнули желтым. Плохой знак. Не хочу без свидетелей. Вдруг стало…Не страшно, нет. Но тревога необъяснимая затрепыхалась в груди.
— Руд, я не хочу домой…
— Пожалуйста, Лес, — голос его охрип, сделавшись ниже, — Мне вчера было достаточно… публичных представлений. Просто поговорим. Одни.
Мне стыдно вдруг стало. Вчера и правда ужасно все вышло. Особенно для него. И это моя вина тоже. Наверно он прав. В ресторане, на глазах у всех…мы можем вспылить. Оба.
— Хорошо, поехали, — откинулась на сидение, прикрыв глаза, морально готовясь к тяжелому разговору. Руд молчал, и я была благодарна ему, что не начинает прямо тут, в машине. Хоть и явно не терпелось ему, судя по тому как судорожно пальцы вжимались в руль, до побелевших костяшек.
— Как твоя работа на кафедре? — видимо его звенящая тишина между нами напрягала гораздо больше, чем меня.
Я нахмурилась, пытаясь сосредоточиться на ответе. Мысли разбегались, путаясь. Через несколько секунд все-таки вспомнила один забавный случай, произошедший сегодня. И начала рассказывать, спокойно, не торопясь, украшая кучей подробностей, чтобы хватило до самого его дома. Руд даже улыбался, хмыкая, пальцы чуть отпустили руль. И меня тоже попустило. В конце концов нам когда-то было хорошо вместе. И он всегда заботился обо мне. Я не могла вспомнить ничего по-настоящему плохого. Было даже немного жаль. Жаль всех тех надежд, планов и мечтаний, которым теперь так и не суждено сбыться.
Не суждено из-за одной случайной встречи, поставившей все с ног на голову.
Руд заехал в подземный паркинг, галантно открыл мне дверь, помогая выйти из машины. Улыбнулся успокаивающе, почувствовав, какая холодная и влажная у меня ладонь.
— Что-то не так? — и так смотрит, будто и правда не понимает, а меня снова затрясло. Отступать уже некуда. Как все пройдет? Он в ярости точно, ноги не слушались, отказываясь идти. Но это ведь глупо, верно? Не могу же я просто сбежать. Мы столько лет были вместе. Руд заслуживает нормального разговора.
Я передернула плечами, ничего не ответив, и первая прошла к лифту. Зашла внутрь и нажала кнопку его этажа. Мужская рука скользнула по талии, приобнимая, горячее дыхание обожгло затылок. Я услышала, как он с силой втянул воздух.
— Лессиии, — куда-то в волосы хрипло. Меня передернуло, хотелось отстраниться, но я сдержалась.
— Моя рыжая ведьма…
Дверь лифта распахнулась, и я, послав благодарственную молитву фирме «Отис», выскользнула из удушающих объятий.
Руд обогнул меня и открыл дверь, пропуская внутрь своей квартиры.
— Проходи на кухню, я заказал дорадо с овощами. Ты же любишь рыбу.
Я кивнула, скидывая туфли. Да, люблю, и мне было приятно, что Рудольф в кои-то веки прислушался к моим желаниям, а не своим. Услышала, как щелкнул замок на двери, почему-то усилив разрастающуюся тревогу. Какая — то возня в коридоре. Я нахмурилась. Что Руд там делает?
Обернулась и обмерла, со свистом втянув в себя воздух. В дверях стоял скалящийся получеловек-полузверь, бывший только что моим презентабельным женихом. Глаза его горели диким желтым огнем, огромные клыки выглядывали из приоткрытого рта. Рубашка треснула на раздавшихся плечах, обнажая густо заросшую грубой порослью грудь и руки, перевитые неестественно огромными венами. Он сделал шаг в мою сторону, глухо зарычав. Второй, так медленно, и так неминуемо.
— Ну что? Поговоррррим, шлюха? — едва различимая речь прорывалась в зверином реве. Ему сложно было говорить в таком виде.
Еще шаг ко мне. Сердце гулко застучало где-то в ушах.
— Руд, пожалуйста… Пожалуйста…
Я попятилась к столу, судорожно пытаясь нащупать на его гладкой поверхности хоть что-то, что может мне помочь. Схватила нож, но куда там. Только увидев эту слабую защиту в моей дрожащей руке, оборотень взревел дико. Прыжок. Голова моя резко мотнулась. Кровавые пятна расцвели перед глазами. Удар. Холодный мрамор прижался к щеке. Его до блеска начищенный ботинок у моего носа. И темнота. Вязкая, спасительная, приняла меня.
