Но Сабуров всё долбил и долбил, потом пошёл к Дорофееву, а через пятнадцать минут радостный вернулся в нашу комнату: – Борис Геннадьевич, уломал Дорофеева. Завтра рано утром выезжаю и успею до демонстрации обратно вернуться. Там мне ещё канистру вина хорошего обещали подогнать, а то коньяк уже надоел.
Утром только я вышел из помещения офицерской столовой, как ко мне подошёл оперативный дежурный: – Товарищ майор, от оперативного дежурного «Северных» поступило сообщение – У 201 блок-пост, на их территории, идёт демонстрация, мост через реку Ингури возможно заминирован. Пропуск через 201 пост жителей того берега прекращён. И звонил начальник нашего 301 блок-поста – Спрашивает – Что ему делать в этой обстановке?
– Хорошо. Полковнику Дорофееву я сейчас об этом сам доложу, а ты поставь старшему блок-поста задачу – Временно прекратить пропуск гражданских через мост на абхазскую сторону. Пусть он свяжется с 201 постом и выяснит: действительно ли там идёт демонстрация? Её количество? Кто участвует – мужчины, женщины, дети? В каких пропорциях? Под какими лозунгами и настроение толпы? Понятно? Потом доложишь. Я у Дорофеева.
Алексей Владимирович только что закончил завтракать и одевался, чтобы ехать в город, в городскую и краевую полицию и тоже, как и я был удивлён сообщением «Северных».
– Ерунда какая-то. Абхазы просто бы не допустили никакой демонстрации. Хорошо, подождём, что сообщит начальник блок-поста, – в принципе я то же был такого же мнения, а ещё через пять минут всё разъяснилось. Никакой демонстрации на той стороне нет, а просто командир батальона «Северных» майор Бондаренко перестраховался и приказал прекратить пропуск людей через мост, в связи с намечающейся демонстрацией и возможными провокациями. Пропуск гражданского населения через мост возобновлён.
– Ну вот….. Нормально. Короче, я поехал и работаю по плану, а ты тут руководи. Если что…, сразу мне на Моторолу.
После отъезда начальника я отдал распоряжение 301 блок-посту перейти в плановое несение службы, но усилить бдительность, если что – то сразу же докладывать об изменении обстановки.
Последующие три часа прошли спокойно, из города вернулся Дорофеев и мы уединились у него в кабинете.
– Обстановка в городе спокойная, но напряжение ощущается. Когда проезжал через перекрёсток, около «прокуратуры в изгнании», там перекрыли дорогу 20-25 женщин торговок с рынка. Они требовали от местных властей вернуть им какие-то места на рынке, но полиция их в течение 5 минут шустро разогнала. В городской и краевой полиции о демонстрации знают и заверили меня, что ситуацию держат под контролем и не допустят никаких провокаций в отношении миротворцев. Ну.., тут я им не верю. Хотя, пришлось сделать вид, что уверен в их компетенции. Суки.., сами ведь всё это сварганили. Насчёт министра финансов. Слили мне информацию. Действительно министр Чкуасели Михаил приезжал и был в населённых пунктах Коки и Хурча. Основной вопрос это финансирование восстановления моста через Ингури и возможности восстановления 28 разрушенных домов в Хурче. Но мне дали понять, что мост после восстановления может выдержать и тяжёлую армейскую технику. Вот так. Готовятся к войне и наверно она скоро будет.
Прошёл ещё один спокойный час, в течение которого вышел на связь Сабуров: он закончил все свои дела у «Северных» и выдвигается обратно на базу. А в 12:45 пришло сообщение от начальника 301 блок-поста. «К посту прибыли до 60 человек, которые принадлежат к партии «Союз граждан Грузии» (партия Шеварнадзе. Политическая платформа – Единая «с Абхазией и Южной Осетией» Грузия). Ведут себя спокойно, но заявили, что с настоящего момента они начинают пикетировать наш блок-пост предположительно до 19 марта. Этой акцией они хотят привлечь внимание мировой общественности к «не демократическим выборам в Гальском районе», а также оказать давление на участников мартовского саммита СНГ с целью не продление мандата пребывания миротворческих сил в зоне Грузино-Абхазского конфликта».
Начинается. Сразу же приказ начальнику блок-поста – Пропуск людей через блок-пост прекратить, личный состав в укрытие. На провокации не отвечать. В случаи проникновения на пост, предупредительный выстрел вверх и силой выдворять с территории блок-поста.
В 13:05 пикетчики отошли от шлагбаума и вернулись к грузинскому полицейскому посту, а у шлагбаума остались гражданские лица, которым нужно было вернуться на Абхазскую территорию. Приказал пересчитать и передать их 201 блок-посту.
Зашипела радиостанция и взволнованный голос Сабурова послышался из наушников: – «Лесник-51» я «Неман». Прибыл на блок-пост, а старший поста говорит, что никого пикетчики не пропускают. Что делать?
Дорофеев было потянулся к радиостанции, но я засмеялся и попросил: – Товарищ полковник, разрешите мне тут порулить. Он ведь ко мне обращается. Вот и повеселимся заодно.
Алексей Владимирович ухмыльнулся и подмигнул мне – мол, Давай…
– «Неман», Я «Лесник -51». Остаётесь старшим на блок-посту. Отслеживаете обстановку и принимаете решение в случаи её изменения. Как поняли?