Дорофеева на базе не было и это мне развязывало руки и если что то пойдёт не так, то полковник будет ни причём.
Перед воротами нервно курили два здоровенных грузинских полицейских и ещё несколько вольготно сидели в машинах.
– Ты начальник штаба, майор….? Тебе звиздец, – с сильным акцентом от волнения завопили здоровяки, а из машин полезли вооружённые полицейские. Ждать в такой обстановке было больше нечего, да и разговаривать в таком состоянии противника бесполезно и я махнул рукой. Ворота распахнулись и из-за дежурки выехал БТР с разведкой на броне. Вылезшие полицейские насторожились и, приподняв оружие, стали постепенно заходить за машины.
Командир взвода лейтенант Акимов лишь в прошлом году закончил училище, но срочную служил в Приднестровье в разведроте и имел определённый опыт и здесь не зря натаскивал своих разведчиков. Половина разведчиков скатилось с БТРа, мигом рассредоточились и взяли на прицел полицейских. Сверху, с бронированной машины туда же направили стволы оставшиеся. А двое подскочили ко мне с разных сторон и одновременным боковым движением отсекли здоровяков от меня, уткнув стволы им в грудь, я же сделал два шага назад. Всё произошло быстро и чётко и, видя, что вот он – вражина, уходит от них и его уже не достать, полицейские аж взвыли: – Ты, майор, прикрылся своей кодлой, но от нас не прикроешься. Ты ответишь за коров и за дом….
– А и дом сгорел, вот так удача, – притворно обрадовался я и залыбился по-идиотски.
– Нет, дом не сгорел, но ты всё равно ответишь…
Базарить с ними было бесполезно и я взмахом руки подозвал одного из полицейского, который настороженно приблизился ко мне и остановился на безопасном расстоянии, а мои разведчики постепенно отдавливали бушующих грузин к машинам.
– Да иди сюда…, не бойся. Бить не буду.
Полицейский нехотя подошёл ко мне.
– С ними говорить бесполезно, поэтому давай с тобой поговорим спокойно. Хорошо? – Грузин кивнул головой
– Вы чего приехали?
– Ну ты…, майор, не прикидывайся. Прекрасно понимаешь – Почему, – грозно произнёс полицейский.
– Знаю. Да, спалил, да грохнул коров и баранов и это только начало. – Чем нимало удивил грузина откровенным признанием, – только мне интересно, ты то что лично и другие приехали?
– А…., ты значит и не отпираешься, – обрадовался грузин, – арестовывать приехали. Только вот вижу не получится, закрылся солдатами со всех сторон.
– Сам-то знаешь, за что спалил и коров пострелял? – Полицейский заюлил глазами и ничего не ответил, – вижу…, знаешь, а лезешь в эту, дурно пахнувшую историю. Может быть, тоже рабов имеешь? Так я приеду. Вот с этими солдатами и тоже всё пожгу. А так скажу – Дураки вы. Вместо того чтобы втихушку разобраться со мной. Где-нибудь выловить в одиночку, а вы прискакали, шум подняли, засветились. Ты что думаешь, я поверил, что у вас есть ордер на мой арест? Да даже если есть – подотритесь им. То, что случилось – так это только начало. Это я только за того раба устроил, которого у него увёл. А ещё надо отомстить за другого русского парня, которого они убили. Знаешь об этом? Нет? Знаешь наверно…. Так передай им – будут дёргаться, я ночью разведку подошлю, спалю половину деревни и записки подкину – Что виноваты в этом вот они. Я думаю, сельчане с ними быстро сами разберутся. Да и скажи им, про убийство парня у меня всё запротоколировано и наше командование в курсе дела. Так что не ерепеньтесь тут. А если через пять минут не уберётесь, подавлю БТРом ваши консервные банки, а вас изваляю по лужам. Потом вызову ваше начальство и скажу, что была попытка нападения. И все тут подтвердят.
Грузин ненавидящим взглядом смотрел на меня молча, пока это всё ему рассказывал, а потом процедил сквозь зубы: – Зря ты так, майор. Зря…
Я сожалеющее вздохнул: – Вижу…, ничего ты не понял и горячая, кавказская моча ударила в голову. Ты погляди на мою разведку – тебя и остальных они сфотографировали и если что, ведь они в полицию не побегут и коровами вы расстрелянными не отделаетесь. Ну, это лирика, а так время пошло – Командир. Уже осталось четыре минуты сорок пять секунд, – и многозначительно постучал пальцем по часам.
Через два часа приехал полковник Дорофеев и сразу же вызвал меня к себе.
– Борис Геннадьевич, тебе мало проблем что ли? Ты что творишь? Только и не хватало нам ещё скандала на международном уровне… Да не корчи ты такое наивное лицо… Не получится…, – возмущённо наехал на меня Дорофеев, как только я зашёл в кабинет.
– А что я? Причём тут я, Владимир Алексеевич? Ну сгорело там что-то, умерли коровы… Ведь, это даже не в нашей Зоне всё произошло.
– Ну, ещё бы в нашей Зоне… Борис Геннадьевич, знаешь что меня в этом больше всего возмущает? – Дорофеев сел напротив меня и сцепил руки на столе, – ты начинаешь крутить свои дела за моей спиной и ставишь меня в дурацкое положение. Половина полицейских города и края знает, что произошло – только я не знаю. А вот мой помощник, даже про коров знает, – ехидно закончил полковник.