И все эти вопли о бедных беженцах лишь красивое прикрытие. Грузия страдает от острейшего дефицита электроэнергии, а эта станция вырабатывает 80% всего объёма электроэнергии, необходимого для экономики Грузии. А главная пикантность была в том, что сама плотина с агрегатами находилась на территории Грузии, а распределительный щит в Абхазии – в 12 километрах от плотины. И абхазы, в посёлке Ингури, контролировали поток электроэнергии. В ходе длительных переговоров на всех уровнях, и со всеми заинтересованными силами было принято следующее компромиссное решение, которое выполнялось по сей день. Первое – в зоне, примыкающей к плотине и комплекса распределения электроэнергии, запрещено ведение любых боевых действий. В том числе партизан и диверсантов. Второе – 20% электроэнергии Абхазия безвозмездно отдаёт Грузии, а 80% забирает себе. Но из них, Абхазия сама, продавала 60% России и снабжала электроэнергией Краснодарский край и оставшиеся 20% оставляла себе. Поэтому руководство Грузии, прикрываясь заботой о беженцах, мечтало вернуть себе Гальский район и взять под контроль весь энергетический комплекс Ингури ГЭС.
После плотины, мы проехали на 302 блок-пост, на обратном пути заехали в базовый лагерь Поцхоэцери, где пообедали и двинулись дальше, решив заехать ещё на 301 блок-пост. Во время перекура меня в сторону отвёл Андрей.
– Боря, я конечно поступаю не по правилам, но мы с тобой здесь вместе неплохо и плодотворно поработали полтора месяца, поэтому хочу тебя предупредить – будь осторожен с моим заменщиком. Он приехал сюда с целью любым путём заработать орден. Больше ничего тебе не могу сказать – сам смотри. Не дурак же…
Честно говоря, мне и самому тоже не особо глянулся новый особист, но человек я по характеру открытый – посмотрим, поглядим, что за фрукт, а там разберёмся, как себя вести.
На грузинском полицейском посту, уже знакомые пикетчики дружелюбно поприветствовали меня. Особисты отошли в сторону, а я с любопытством стал наблюдать за приближающейся со стороны моста бронированной, белой «Мамбой» ООНовцев. С нашей стороны тоже подъехали ООНовцы, которые поздоровались со мной и пикетчиками и тоже стали смотреть в сторону подъезжающей машины.
Интересно, кого это они встречают? Из остановившейся машины вылез незнакомый мне ООНовец, невысокого роста, блистая огромной лысиной во всю голову. Вслед за ним показалась уже знакомая мне ООНовка полячка. Даже на расстоянии в сто пятьдесят метров её стройная и высокая фигура, белокурые волосы приковывали к себе мужские взгляды. Вспомнив о фотоаппарате, я вдруг засуетился, стал тормошить пикетчиков, энергично рассаживая их на бревне. Потом сунул одному из них фотоаппарат и, махнув в сторону «Мамбы», приказал ему: – Давай фоткай нас на фоне красивой машины, – и шустро уселся среди пикетчиков на бревно. За это время полячка и незнакомый мне ООНовец, забрали свои вещи и подошли к нам на двадцать метров и за разговором между собой даже не обратили внимание, что их фотографируют. Встречающие и прибывшие ООНовцы обменялись рукопожатиями, полячка узнав меня приветственно кивнула головой, после чего все расселись в автомобиле и уехали в сторону города.
– Чего это ты, Боря, суетился? – Задал мне вопрос с ехидной усмешкой особист Юра, подойдя ко мне.
Я, только коротко глянув на новичка, буркнул: – А…, потом скажу…, – а Андрей на мои слова только усмехнулся.
Когда мы прибыли на базу, было уже достаточно поздно, поэтому по быстрому помылся в бане и стал подшивать белый подворотничок на чистую камуфлированную форму, потому что сегодня вечером нас с Дорофеевым пригласили на вечер отдыха в миссию ООН.
Приведя себя в порядок, поднялся к начальнику, который выглядел не совсем здоровым.
– Борис Геннадьевич, давай бери кого-нибудь из офицеров и езжайте к ООНовцам, я чего-то сегодня не важно себя чувствую. Только Тетенова и Сабурова не бери, а то ведь нарежутся.
– О, тогда я пойду сейчас и приглашу командира батальона майора Ли, а то южнокорейские ООНовцы уже обижаться начинают.
Но Ли отказался наотрез: – Да ну их на хрен… Тоже мне земляки….
Предложил съездить его начальнику штаба, но тот тоже не захотел и тогда у меня появилась другая мысль.
– Юра, – я поднялся в комнату особистов, – а не слабо тебе съездить со мной на вечер отдыха в миссию ООН?
– Да, я не знаю…, как бы это у нас не поощряется, – Юра неуверенно взглянул на Андрея, – Что ты скажешь, Андрюха?
– А ты чего, Боря, ему предлагаешь съездить? Там у тебя Сабуров, Тетенов – только свистни, желающих набежит море.
– Не, Андрей, Сабуров и Тетенов на алкоголь слабоваты. Предложил майору Ли – тот не хочет, не хочет и его начальник штаба. Юра, человек совершенно новый и его никто пока не знает, как особиста. Поэтому я его представляю в качестве нового зам по вооружению батальона и там на месте показываю ему всех разведчиков. Они там все в куче будут, быстрее в курс дела войдёт. Решайте.
– В принципе, предложение разумное, так что езжай Юра.