— Сейчас — нет. Пока Юшину жив, мир не возможен.
— Предлагаешь мне убить своего брата?
— Нет. Предлагаю выбрать, на чьей вы стороне: вашего брата или вашего сына. Один из них умрет в любом случае. Один останется. Вопрос лишь в том, кого готовы поддержать вы. Победителя?
— Не говори так.
— Тогда решайте.
Она покачала головой.
— Ты слишком многого хочешь.
— Кто-то должен задать вам эти вопросы, леди Эниса. Лучше сейчас задам я, чем потом придется решать по воле случая. И сожалеть. У вас в руках огромная сила, если вы захотите, чаши весов качнутся на вашу сторону. На островах вас считают мертвой, но если вы вернетесь, то многие пойдут за вами.
— Из тебя вышел бы хороший политик, Эйх. Может быть, еще выйдет.
Он хотел было что-то ответить, но поджал губы, отвернулся.
— А Хакато? — спросил тихо. — Вы знаете, что с ним?
— Я больше не чувствую его, — сказала Эниса. — Я отдала ему столько сил, нас так многое связывало, что последнее время я отчетливо чувствовала все: его состояние, его настроение. А сейчас ничего. Словно пустота. Думаю, он мертв. Ты хочешь занять его место?
Эйх шумно втянул воздух.
— Я хочу защитить Тхарис.
— Но я не тхариска, — сказала она. — Не забывай. Как бы там ни было, но не заставляй меня сейчас идти против своего народа.
— Я предлагаю выступить против Юшину, но не против ринай. Возможно, наши интересы совпадают. Я хочу мира, леди Эниса.
* * *
Она согласилась.
Сказала потом, что как только увидела нас, сразу поняла, что ей придется сделать и что выбрать. Но признать это было тяжело. Страшно. Ей давно уже не приходилось принимать таких решений.
Эниса — огромный белый дракон.
Альтар чем-то похож на нее, но у Альтара нет крыльев, а у Энисы есть. Она понесет его на своей спине. Да, ночью Эниса освободила сына от всех блоков и заклинаний, теперь он может принимать решение сам и сам выбирать против кого сражаться. Своими руками. Своими зубами и когтями, если уж быть точной. И он жаждет мести. Думаю то, что он рассказал матери, повлияло на нее решение не меньше, чем слова Эйха. Личный мотив.
Если повезет, обойдется малой кровью.
Если повезет — больше никаких выжженных полей.
Перед тем, как лететь, Эйх долго стоял, обняв меня. Я чувствовала, как ему тяжело.
— Если б я мог, я бы не пустил тебя туда, — сказал он, — заставил бы остаться здесь, в безопасности. Но боюсь, без тебя нам не справиться. Мне хотелось бы верить, что вместе с Энисой нам удастся все решить без крови. Но не очень рассчитываю на это. Придется драться. Разница лишь в том, скольким придется умереть ради победы, — он покачал головой. — Если захочешь остаться, ты можешь остаться. Здесь тебя никто не тронет. Но… ты нам нужна.
Как я могу остаться? Бросить его сейчас?
Мы делали остановку в пути, отдыхали ночь. Добраться до места и совсем выбиться из сил — было бы глупо.
Дикие островные ринай уже высадились на берег, встали лагерем.
Альтар хотел напасть сразу, внезапно, давняя ненависть переполняла его. Надо признать, на волне этой ненависти он обернулся таким гигантский чудовищем, что даже без крыльев, без драконьего огня, мог одним ударом хвоста уничтожить небольшой отряд.
Но внезапности не выйдет, охранные сигнальные заклинания все равно дадут знать.
Они отправились вдвоем, Альтар — в облике гигантского змея, чтобы всем продемонстрировать силу, и Эниса — в человеческом облике, чтобы каждый, кто еще помнит, мог ее узнать. Мы с Эйхом остались чуть позади, но не слишком далеко, чтобы успеть прийти на помощь при необходимости.
Для начала они попытаться договориться, перетянуть на свою сторону. Всех не перетянуть, и Юшину, без всяких сомнений, никакие переговоры не нужны, но если удастся хоть часть ринай склонить, то это очень поможет нам.
Не знаю, какой мир возможен с теми, кто отправил огненные горы на беззащитных людей… Нельзя винить всех за решение, которое принял Юшину и его соратники. Эйх свою ненависть выплеснуть уже успел, когда сжег катапульты и всех, кто отвечал за это. Теперь он готов был обсудить спокойно. Он говорил — возможно, это наш единственных шанс.
Альтар горел местью, но Эниса старше и мудрее…
Не знаю, что происходило там. Но когда белый дракон взмыл в небо — мы решили, что пора.
— Давай, Ти! — Эйх сжал мою руку.
* * *
Выжженные поля.
Ты летишь и летишь над ними, и это не заканчивается.
Да, это очень больно, но я была там, должна была увидеть собственными глазами. Мы отправились вместе с Эйхом.
Выжженная земля на много миль вокруг.
И разрывается сердце.
На том месте, где когда-то стоял дворец Цитадели, сейчас глубокая воронка, которую по кругу огибает русло реки. Здесь не осталось ничего, даже сама земля спеклась от жара, став черным стеклом. Еще очень долго здесь не смогут ни жить люди, ни даже расти трава.
От города у стен крепости не осталось ничего.
Лишь дальше, за холмами, руины сгоревших домов. И дальше… То, что не уничтожено взрывной волной — сгорело в пожарах.
Вернувшись, Эйх сутки ни с кем не разговаривал, ему нужно было это пережить.
