Дверь закрылась не сразу. Запорный болт с шумом упал на пол. Они услышали грохот цепи. Уиллоус еще потоптался на ступенях, ожидая, пока снова зазвучит телевизор: «Второй рыцарь, говорят, вы честолюбивы и хотите принять участие…»
Было слышно, как снова заплакал ребенок.
– Ну и что ты думаешь? – спросила Паркер, когда они сели в машину.
– Заметила, как там жарко? Она в свитере, и рукава спущены. Ты слышала, как плакал ребенок. Видела ее манеру курить сигарету.
– Думаешь, она наркоманка?
– Мне кажется, да.
– Витает в небесах, – сказала Паркер, – и не хочет спускаться на землю. Оскар наверняка был распространителем наркотиков.
– Так и было, – сказал Уиллоус, трогая автомобиль с места и пристегивая ремень безопасности.
– Ты не взял ее в морг для опознания из–за того, что она под действием наркотика?
– Не будем спешить, – ответил Уиллоус. – Пусть его приведут в порядок после вскрытия, чтобы он выглядел более прилично.
– Как ты думаешь, она уже знала, что ее муж убит?
– Не удивлюсь, если и знала. Об этом можно судить по ее реакции. То есть реакции вообще никакой не было.
У Паркер мелькнула ужасная мысль.
– А что с бэби, с Ребеккой?
– Если эта Трейси Пил наркоманка и кормит ребенка грудью, значит, и ребенок наркоман.
– Бэби–наркоман!
– Я думаю о другом: кто снабжает мать?
– Может быть, Уолт расскажет?
– Как раз об этом я и подумала.
– Уверен, что ты так и подумала, – ответил Уиллоус. – Но сказал–то первым я.
Пэт Нэш обождал, пока хлопнет дверь, сосчитал до десяти и снова включил громкость телевизора на полную мощность.
Трейси вошла в комнату. Пэт улыбнулся ей. Она классно выглядела с ребенком на руках.
– Что они хотели? – спросил он.
– Узнать, кто убил Оскара Пила. Хотели, чтобы я им помогла.
– Что ты им ответила?
– Ничего, ни одного паршивого слова.
Нэш растянулся на кровати.
– Она собирается выбрать первого рыцаря, – сказал он, глядя на экран. – Этого пижона.
– А может быть, она хочет его.
– Ну, не говори так грязно.
Ребенок заснул. Трейси положила его в коляску.
– Думаешь, они ничего не знают?
– Когда–нибудь, может быть, узнают.
– Там было двое детективов. Мужчина и женщина.
– Да?
– Женщина очень хорошенькая. В темно–синем костюме. Волосы черные как вороново крыло и блестящие.
– А я всегда любил блондинок, – сказал Пэт Нэш и похлопал ладонью по постели. – Давай–ка сюда свою попочку!
– Когда ты так говоришь, я не могу сопротивляться.
Нэш сел, подтянул колени и оперся спиной о стену.
– Мы оба нервничаем. Еще пара дней, и все будет кончено.
– Сколько денег мы получим? Как сказал тебе этот Фрэнк? Какая наша доля?
– Двадцать процентов от миллиона. Двести тысяч.
– А ты ему веришь?
– Больше, чем он может верить мне.
Трейси посмотрела на спящего ребенка.
– Это уйма денег.
– Не очень много, бэби.
– Что ты имеешь в виду?
Нэш схватил ее за руку и притянул на кровать. Достал сигарету из кармашка ее свитера и закурил.
– Фрэнк хочет, чтобы я убрал Гэри. А я думаю: раз уж я берусь за дело, почему не убрать их обоих? И забрать все деньги. Целый миллион. Ведь Фрэнк убил Оскара. И совершенно хладнокровно.
Трейси Пил наклонилась над Оскаром и положила руки ему на грудь.
– Поцелуй меня, – попросила она. Под тонкой тканью рубашки она ощущала волосы на его груди, жесткие и вьющиеся. У Оскара почти не было волос. Даже на ногах и под мышками они были еле различимы. Это было единственное, что ей не нравилось в Оскаре.
Целуя Нэша, она думала о том, что эти копы придут снова и потащат ее в морг, чтобы она увидела, что осталось от единственного человека, которого она любила.
Телефон зажурчал. Звук был приятным, как щебет грудного ребенка.
Гэри не шевельнулся.
Он продолжал смотреть бейсбол по телевидению.
Фрэнк вскочил с ковра, прошел к бару и снял трубку.
– Да, кто это?
Он держал трубку прижатой к уху, хмурился, но не произносил ни слова.
Фрэнк, Гэри и Саманта смотрели по телевизору встречу между «Нью–Йорк янки» и «Окленд атлетик». Только что кто–то из них выиграл очко, но Гэри просмотрел момент. Уже кончается седьмая подача, а этот Билли Мартин, тренер «Янки», не может наладить игру. Боже, что это за игра!
В рекламной паузе эффектная блондинка, в красивом вечернем платье, с бриллиантовыми серьгами, пыталась продать «форд». А может быть, «шевроле». Фрэнк так и не произнес ни слова. Гэри отпил пива. Щелкнул пальцами, поднял брови и посмотрел на Фрэнка, как бы спрашивая, кто там звонит.
Фрэнк вроде бы не обратил на это внимания и продолжал слушать. Он только согласно кивал, будто человек на том конце линии мог видеть, как он соглашается.
– Какого черта там, Фрэнк? – У Гэри хватило терпения всего секунд на тридцать.
Фрэнк прикрыл рукой трубку.
– Этот парень говорит, что он нашел нечто ценное, то, что вы, наверно, потеряли. Утверждает, что в прошлый уик–энд нашел выброшенный на берег пластиковый мешок. Хочет знать, будет ли вознаграждение.
Гэри толкнул Саманту в бок. Когда она обернулась, он сказал:
– Ну–ка, исчезни, крошка!
– Куда, Гэри?
– Попробуй на кухню.
– И что я там должна делать?
– Почисти плиту, – улыбнулся Гэри. – Языком.
