А Артем никак не мог прийти в себя от услышанного. Покачивал головой и, удивленно хмыкая, соображал, каких еще сюрпризов ему ожидать от людей, за жизнь которых по воле судьбы он должен теперь отвечать Внезапно к рокоту реки добавился какой-то новый звук. Дмитрий тут же перевернулся на живот и с пристальным вниманием принялся наблюдать за происходящим на противоположном берегу, потом в недоумении сказал:
— Они завели грузовик. Неужели решили уехать? — Но грузовик по-прежнему оставался на месте. — Что они задумали? — спросил он еще более недоуменно.
— Подзаряжают аккумуляторы, — ответил Артем. — Боятся, что ночью им не хватит энергии для освещения моста.
Они вновь принялись наблюдать за мостом.
Опасности, что противник начнет вдруг форсировать реку или предпримет какие-то неожиданные действия, к счастью, не было. Но возможно ли просчитать все варианты в подобных обстоятельствах? По собственному опыту Артем знал, насколько хитер и коварен может быть противник. И поэтому не расслаблялся ни на мгновение, каждую секунду ожидая подвоха с той стороны.
После того как его решение идти через горы за помощью было в основном одобрено и признано целесообразным, Дмитрий повеселел и даже принялся тихонько что-то насвистывать с весьма довольным видом.
— Дима, откуда у тебя пистолет? — спросил его неожиданно Артем.
Журналист с преувеличенным восторгом посмотрел на него:
— Артем Егорович, я вам завидую. У вас бездна достоинств и, самое главное, — терпение. Я ведь давно понял, что вас этот вопрос очень интересует.
— Интересует? — переспросил Артем. — Конечно, интересует. Мы, летчики, отвечаем за жизнь пассажиров, летаем над глухой тайгой и не имеем права на ношение огнестрельного оружия. К чему это привело, вы увидели вчера. А журналисты, выходит, имеют право?
— Чет, журналисты тоже не имеют права, — сказал тихо Дмитрий, — гражданские журналисты, я имею в виду, но я — журналист военный. К тому же пистолет этот именной, и получил я его из рук министра обороны за спасение пассажиров вертолета. Того самого, на котором летел Шевцов.
— А ты как там оказался?
— Так, — поморщился Дмитрий, — освещали одну заварушку.
А тут сообщение: вертолет упал по неизвестной причине, аккурат на горный склон.
И так получилось, что я оказался одним из тех, кто кое-что смыслил в спасработах. Я сам вытаскивал Евгения Александровича из-под обломков. Пять лет уже прошло…
— И что же, он тебя сейчас не узнал? — спросил Артем и тут же спохватился:
— Прости, глупость сморозил. Что я, этих обломков не видел?
Просто удивительно, как он спасся.
— Здоровый мужик, спортсмен, видать, успел сгруппироваться, но все равно места на нем живого не было. Так что узнать меня он вряд ли узнает.
Дмитрий вновь скользнул в каменную нишу, а Артем мысленно обозрел свою «армию» и усмехнулся. Два ученых, три женщины, генерал, правда из тех, кто не лыком шит, бывший раб и он, военный летчик, тоже бывший, а также суперменистый журналист, Пашка, которого он, несмотря ни на что, продолжал считать пижоном и бездельником, и пьяница, которого, кроме собственной шкуры и бутылки со спиртным, ничего не интересует. А на другой стороне реки — по крайней мере двадцать вооруженных до зубов человек, и кто его знает, не появится ли еще столько же. Когда Артем вспоминал, что перед ним бандиты, тем более кавказской национальности, его мускулы инстинктивно напрягались. Правда, это были не боевики, а более мелкая сошка, но все они были одной породы и одинаково не дорожили человеческими жизнями.
«Что бы ни случилось, но схватить вам меня не удастся!» — успел он подумать и услышал поблизости шорох. Артем мгновенно открыл глаза и увидел перед собой Ольгу. Девушка весело улыбнулась:
— Считайте, что вы уже выбыли из строя. Я могла бы вас раз двадцать подстрелить, пока вы болтали с Димой.
Ольга раскраснелась и опять выглядела моложе, чем утром, когда их так неожиданно обстреляли.
Конечно, испуг не красит человека. В одно мгновение ты понимаешь, насколько беззащитно твое тело перед безжалостным убийственным свинцом.
Артем вспомнил свой первый бой и почувствовал жалость к Ольге. По крайней мере, он более привычен к свисту пуль и разрывам снарядов.
Но об этих своих мыслях он предпочел промолчать, лишь приветливо спросил:
— Вы принесли Диме обед?
— И завтрак, и обед одновременно. Надо же кому-то побеспокоиться о нашем метком стрелке. — Она выставила на камень миску с кашей, положила рядом ложку, потом достала из мешка наполовину заполненную банку с консервированными фруктами. — Евгений Александрович распорядился отнести Диме компот в награду за грамотные действия. Он так прямо и выразился: «За грамотные действия».
Немного по-солдафонски, но верно.
Продолжая беззаботно болтать, она окликнула Диму, а Артем выказал желание сменить журналиста на боевом посту на время его обеда.
Через некоторое время Незванов вернулся в нишу и сказал Артему:
— Проводите, пожалуйста, Ольгу, а то всякое может случиться.
