— На данный момент мы имеем вот что, — начал Дубко. — Наш старый знакомец фотограф с незнакомой мадам ночью отправились за город. На морское побережье, по ужасному бездорожью. Причем самым таинственным образом, не включая фар. Из чего следует, что они не желали себя обнаружить. Из чего опять же следует, что поездка была секретной. Спрашивается: что же это за секреты?
— Ну кое-что нам все же известно, — продолжил мысль Рябов. — Они явно ехали к какому-то конкретному месту. И это место именно здесь. Иначе для чего им было останавливаться? А они остановились. И отсюда же отбыли в обратном направлении.
— Более того, — сказал Терко, — это место они обозначили, посветив на него фонарем. Конкретное такое местечко, некая точка. Вернее сказать, не какая-нибудь бессмысленная точка, а точка со смыслом. Вроде как тайник или что-то в этом роде. А иначе для чего высвечивать это место фонарем?
— Думаю, кто-то один из этой парочки знал что-то об этом месте, — включился в разговор Богданов, — и показал его своему спутнику. Или спутнице… Чтобы, значит, и этот спутник или спутница тоже о нем знали. И место это предельно секретное. Иначе для чего тащиться к нему ночью с потушенными фарами?
— Секретное место означает секретные дела, — сказал Дубко. — А секретные дела, которые творятся ночью, — это нехорошие дела. Вот такая получается картина.
— Тем более что тут замешана женщина, — усмехнулся Терко. — Мне думается, что именно ей и показывал фотограф это тайное местечко. Что-то мне подсказывает, что так и есть… Судите сами. У фотографа нет никакой машины — это нам известно. Значит, зеленый «Москвич» не его. А раз не его, то на нем приехала женщина. Спрашивается, зачем она приехала к фотографу на ночь глядя? Наверняка не для любовных утех. А для того чтобы фотограф показал ей это самое местечко. Ну он и показал. Посветил на него фонариком…
— Так это что же получается! — не утерпел старик. — Это получается, что за рулем «Москвича» была женщина!
— А почему бы и нет? — усмехнулся Терко.
— Ночью, по бездорожью, с потушенными фарами… — Старик повертел головой. — Лихая, получается, дамочка! Откуда же она набралась такого умения?
— Ну, — развел руками Терко, — дамочки бывают разные. Порой похлеще любого мужика. Доводилось нам видеть таких дамочек… Ну о дамочках потом поговорим. Сейчас главное — тайник.
— Вы говорите — тайник? — переспросил старик. — Очень может быть. В этом месте в скалах имеется множество пещерок и расщелин. В них при желании можно спрятать все что хочешь. Хоть целый танк.
— Говоришь, танк? — усмехнулся Богданов. — Что ж, посмотрим…
— Тогда пошли! — решительно произнес старик. — Поищем!
— Э, нет, отец! — сказал Богданов. — Ты останешься тут, у своего «Запорожца». И отсюда — ни шагу.
— Но… — попытался возразить старик.
— Это не обсуждается, — мягко, но настойчиво произнес Богданов. — Тут, может статься, дело серьезное. Тайники бывают всякие, в том числе и заминированные. Причем таким мудреным способом, что без опыта и не разглядишь.
— А у вас, стало быть, такой опыт имеется? — спросил старик.
— У нас имеется, — подтвердил Богданов.
— Ну тогда хотя бы возьмите мой фонарь, — сказал старик. — У меня мощный фонарь, почти как прожектор. Думаю, вам пригодится.
— Вот за это спасибо! — поблагодарил Богданов. — Фонарь возьмем. А то ведь от наших фонариков толку немного…
Собираясь на частную ночную операцию, Богданов с товарищами запаслись, конечно, фонарями. Но что это были за фонари? Любительские, на батарейках. От таких фонарей толку немного — это вам не профессиональный спецназовский фонарь, способный разрезать ночной мрак и высвечивать самые затемненные уголки. А у старика имелся вполне приличный фонарь. Запасливый оказался дедок и по-житейски мудрый.
…Понятно, что место, которое фотограф обозначил светом фонаря, спецназовцы запомнили накрепко — будто сфотографировали. И потому им не составило особого труда добраться до него. Место представляло собой глубокую расщелину, точнее сказать, пещеру. В эту пещеру вполне мог протиснуться взрослый человек.
Конечно, никто из спецназовцев не стал этого делать: пещера и впрямь могла таить в себе всевозможные смертоносные ловушки. Богданов с товарищами осмотрели каждый сантиметр у входа в нее, а также прилегающую к ней территорию, но ничего такого не обнаружили.
— Посмотрим, что там внутри, — сказал Дубко. — Ну-ка, публика, раздвинься и спрячься, а я проверю. Всем нам там делать нечего, да и не поместимся.
Вооружившись дедовским фонарем, Александр осторожно, буквально сантиметр за сантиметром, стал протискиваться внутрь пещерки. Сейчас он был внимателен и сосредоточен настолько, насколько вообще может быть внимательным и сосредоточенным человек. Но и внутри пещеры не таилось никаких смертоносных сюрпризов. Зато были обнаружены другие «сюрпризы», и они оказались настолько неожиданными, что Дубко на какое-то время даже впал в ступор.
— Эге! — сказал он. — Вот так штука! Непонятное дело…
— Что там? — спросил Богданов.
— Кажется, акваланги. Да, точно акваланги.
— Какие еще акваланги? — не понял Богданов.
