К исходу дня войска армии овладели Котельниковом. В боях за этот город противник потерял до 3 тысяч человек убитыми и пленными и был вынужден бросить в исправном состоянии 65 орудий и минометов, 280 ящиков со снарядами и минами, 600 ящиков с патронами, несколько машин с продовольствием (ЦАМО. Ф. 303, оп. 4005, д. 1, л. 39).
Г. Дерр: «Несмотря на это, корпус 28 декабря еще удерживал Котельниково, потому что верховный главнокомандующий и в этой обстановке запретил отход. Русские не использовали этого столь благоприятного для них «мероприятия» немецкого командования (на этом мы еще остановимся).
В донесении командующего 4-й танковой армией, поступившем 28 декабря вечером, командующему группой армий «Дон» говорилось: «57-й танковый корпус сегодня уже семнадцатый день непрерывно ведет бои с постоянно усиливающимся противником, не имея ни одной ночи отдыха. Несмотря на это, до сегодняшнего дня он сумел выстоять. Нельзя, однако, не учитывать, что невероятное напряжение вызвало сильное переутомление» (
29 декабря
Еременко: «Ударные части танкового корпуса, ворвавшись в Котельниково с запада, разгромили вражеские войска, оборонявшие город. Ночью 29 декабря мелкие вражеские группы автоматчиков еще удерживали отдельные дома, но к рассвету город был полностью очищен от противника. Остатки вражеских войск в панике бежали на юг. На улицах города осталась масса разбитой техники врага: сожженные танки, перевернутые машины, подбитые орудия.
В уличных боях в Котельниково решающую роль сыграли действия мелких групп. Отличились здесь воины подразделений Минина, Кочедыкова, Суркова.
В сложных условиях действовали танкисты. Экипажи товарища Бондаренко с исключительным мастерством и отвагой пользовались малейшей возможностью, чтобы продвинуться вперед. Поддерживая под ожесточенным огнем свою пехоту, танкисты доставили пехотный десант к городу. Слаженное взаимодействие танков с пехотой обеспечило решительный успех.
Наши войска в городе захватили большие трофеи: 15 самолетов, 40 орудий, 40 танков, большие склады с продовольствием, боеприпасами и горючим» (
В этот день Г. Дерр в своей книге «Поход на Сталинград» лаконично отмечает: «29 декабря Котельниково было оставлено» (
Таким образом, 2-я гвардейская армия сыграла особую роль в ликвидации попыток немецко-фашистских войск соединиться ударом извне с окруженной под Сталинградом группировкой под командованием Паулюса. Выход ее войск на рубеж реки Мышкова, а затем и решительный удар по противнику в южном направлении коренным образом изменили обстановку на внешнем фронте окружения. Наступавший там противник был не только остановлен, но и отброшен на 100–150 км к югу от реки Мышкова, а в районе Тормосина был осуществлен разгром второй его ударной группировки во взаимодействии с войсками Юго-Западного фронта. Это значительно отодвинуло внешний фронт окружения от Сталинграда на 100–120 километров и создало благоприятные условия для полного разгрома его окруженной группировки в Сталинграде.
В составе 1-го гвардейского стрелкового корпуса (командир генерал-майор И. И. Миссан, начальник штаба полковник Соколовский) к исходу 16 декабря находились:
98-я стрелковая дивизия (командир полковник И. Ф. Серегин, 10 277 человек), которая после совершения марша сосредоточилась у станиц Вербовская, Грачи, Нижне-Царицынская;
24-я гвардейская стрелковая дивизия (командир генерал-майор П. К. Кошевой, 13 тысяч человек), находившаяся на марше с головой колонны в районе Колпачки;
33-я гвардейская стрелковая дивизия (командир генерал-майор А. И. Утвенко, 12,6 тысячи человек), которая также совершала марш и головой колонны достигла населенного пункта Пуховский.
Штаб корпуса находился на северной окраине населенного пункта Грачи. Большая часть тыловых подразделений дивизий корпуса, а также 4-й автогужевой батальон корпуса с боеприпасами были оставлены в районе выгрузки из-за отсутствия горючего на удалении до 150 километров. Части корпуса имели при себе продовольствия на двое суток и не более половины боекомплекта боеприпасов (ЦАМО. Ф. 303, оп. 5410, д. 3, л. 449).
В это время в корпусе было около 7,2 тысячи человек личного состава, 450 орудий и минометов (калибра 76 мм и выше), 126 45-мм противотанковых пушек (ЦАМО. Ф. 303, оп. 27292, д. 1,л. 93).
Из всего личного состава корпуса около 30 % имели боевой опыт, остальные 70 % представляли собой вновь мобилизованных лиц и военнослужащих-моряков, прибывших под Сталинград с кораблей и береговых частей Тихоокеанского флота.
