– Ну что ж, тот парень сказал правду. Я дилер. Но траву продать тебе не могу, так как все уже раскупили.
– Блин. Вообще ничего не осталось? – раздосадованным голосом проговорил Артем.
– Совсем ничего.
– Вот дерьмо. Ладно, извини за потраченное на меня время, – сказал Артем, поворачиваясь, и направляясь к лестнице.
– Артем, подожди. Хочешь совет? – не став дожидаться ответа, я продолжил. – Не нужны тебе наркотики. В твою жизнь они не принесут ничего хорошего. И в конченом счете все тебе испортят, – вот если бы я сам верил в свои слова, может был бы человеком получше.
– Ты продаешь траву и даешь такие советы? Как-то нелогично.
– Клиентов у меня хватает. А хороших поступков не совсем. Если смогу переубедить парня попробовать наркотик, буду, как минимум, чувствовать себя лучше, да и совесть станет почище.
– Да уж. Человек, торгующий наркотиками, твердит про вред наркотиков. Видимо, мне и правда придется поразмыслить над твоими словами, – бросил Артем и начал спускаться по лестнице.
Это нечто новенькое. Я и мораль в одном месте и в одно время. Надо сегодняшний день отметить как победу моей совести над моей алчностью. Наверно не скоро, смогу я похвастаться чем-то подобным.
Бутылки, испускающие последние капли дорогого и не очень алкоголя на роскошный кухонный паркет, разбросаны на первый взгляд в случайном порядке. Но если присмотреться более детально, можно обнаружить некоторые интересные моменты: две бутылки водки, производимые в Финляндии и Швеции, оказались прижатыми, как прижимаются друг к другу и обнимаются, с понимающими грустными глазами, и их реальные геополитические соседи-создатели во время разговоров о лучшей стране Скандинавии; также немного в отдалении располагалась плотная бутылка тенессийского темного пойла, уткнувшаяся своим горлышком в донышко, хер пойми кем пронесенной в эту обитель нереальной России, поджарой бутыли из под самогона, истинной русской отрады. Данная композиция могла бы дать еще один информативный сценарий для наших государственных телеканалов: в доме российского депутата было обнаружено очередное доказательство того, как российский народ продолжает идти вперед, а американцам только и остается – встать позади и впереть свои хищные глазки в нашу спину. Получилось бы, кстати, довольно обыденно.
Хотя бы на столе еще остались, заполненные огненной водой, сосуды удовольствия и забвения.
– Вот урод! – процедил Алексей во время моего подхода к столу с оставшейся выпивкой.
– Лех, я понимаю свою непопулярную привлекательность. Но может прежде, чем осуждать чужую внешность, сам полюбуешься на свое отражение? – бросил я в ответ, проходя мимо Алексея в поисках хорошего виски.
– Что? – непонимающим голосом спросил он. – А. Я не тебе. Я про этого козла. – сказал Алексей и ткнул указательным, немного дрожащим, пальцем правой руки в сторону Олега, танцующего в этот самый момент с Алиной.
– Ага, все ясно, – произнес я, а затем, найдя бутылку неплохого виски, сделал большой глоток. – Ух, все же многие люди не зря признают Maccallan королем среди виски, доступных массовому покупателю. А что касаемо твоей ситуации, то я тебе советую просто забить. Пока Олегу не надоест общество прекрасной Алины, ее сердце будет занято. Ты же видишь, как она на него все время смотрит. Более любящего и обожаемого взгляда я и не могу припомнить.
– В том то и дело! – произнес Алексей, уже начинавший заметно злиться. – Она ему совершенно не нужна. Олег просто хочет показать себя самым крутым самцом. Он постоянно держит ее за ногу на парах или хватает за задницу при всех посторонних. Ему просто нравиться факт обладания ею. А знаешь новость, просто изумившую меня? Буквально десять минут назад, он мне рассказал о какой-то девчонке, которую он собирается повести наверх, как только Алина уедет.
– Ах да Олег, – произнес я и сделал очередной глоток. – Не теряет времени даром. А как он вообще планирует спровадить свою ненаглядную за пределы дворца?
– Я без понятия. Наверно опять как-нибудь выкрутиться. Она так его любит, что верит каждому слову этого напыщенного петуха.
– Еще раз тебе советую – просто забей, – бросил я напоследок без особого участия, сделал очередной глоток, поставил почти опустевшую бутылку обратно на стол и двинулся по направлению к выходу через толпу людей, уже казавшуюся не столь раздражающей.
– Игорь! – добродушно вскрикнул сильно поддавший Олег. – Как тебе моя вечеринка?
– Все отлично. Только мне уже пора идти.
– А что так?
– Понимаешь, я давненько не присутствовал на подобных увеселениях. И от сокрушительной музыки и вечно мотающихся взад-вперед толп людей, моя голова проявляет агрессивные признаки недовольства.
– Понимаю. У меня такое было и не один раз. Как только поотвыкнешь от веселья, непрекращающегося литься алкоголя и отличной музыки, чуть громче среднего, твой организм сразу начинает бунтовать и портить все удовольствие. Спасибо, что пришел и помог мне подготовить свою головную боль.
– Спасибо за приглашение и разрешения торговать у тебя травой, – ответил я и пожал протянутую крепкую руку. – Алина, рад был тебя видеть.
