Под которой с тобой обнимались.
Шаг за шагом я ближе к непонятной для меня цели.
Шаг за шагом я всё дальше от поставленных мне кем-то паршивых задач.
И не остановят меня теперь преднамеренные дуэли!
Не задержит меня здесь ваш актерский плач!
Я уйду от радости земной в бесконечную, тоскливую печаль,
Заберу с собой лишь совести своей последние капли.
Я войду в неизведанную светлую заснеженную даль,
Оставив страх свой за закрытой и прогнившей от самолюбия дверью.
Шаг за шагом я всё ближе, наверное, к заветной цели.
Шаг за шагом я всё дальше от безверия в мир Твой иной.
И течёт слеза по растрескавшейся моей щеке от метели,
Я пришёл к Тебе со своею растерзанной от страданий душой!
Здесь было пусто и темно.
Немыми были ветер и природа.
Они блуждали взаперти давно.
Открыть никто не мог им двери.
Природу не ласкал твой взгляд,
И ветер не обнимал твою шею,
И смысла не было тебя искать –
Ты не родился ещё, к сожалению.
Вот ветер горы обтесал,
Пустыни пересыпал на другое место.
Вот воду выжигал бог Ар
И грозами своими жёг Зевс деревья.
Бессмысленно всё было здесь.
Пустое место казалось грустным,
Но об этом никто не знал –
Ты не родился, всё было гнусным.
Шли годы, плыли века,
И ужасающие тянулись тысячелетия,
И высохла одна река,
И появился ручеёк на её месте.
Потом настал тот день,
Пришло неистовое время –
Ты появился на этот свет,
И вспыхнула звезда атеиста.
Тебя природа, земля ждала,
Чтобы прижать к своему сердцу,
Но ты не увидел этого, а зря –
Она по сей день в заточенье.
Звезда потухла давным-давно,
Ей тлеть ведь даже нечем.
Ты не осознал свой дух нутром,
Ты не поверил в эту вечность.
Ушёл из жизни и ты,
Сгорел во времени, как спичка.
И стало, как и раньше, пусто и темно.
Быть может, всё когда-нибудь повторится?
Моя реальность врёт мне:
Не верится глазам своим,
Что мир этот прекрасен
И краски от мирской любви.
Живу в какой-то скорлупе,
В ней смысл однообразен.
Лазурные рассветы и алые закаты
Томят мой безмятежный дух в тюрьме.
И хочется уснуть и не проснуться,
А если и проснуться, то не здесь.
Ах, как дороги мои сомненья,
Рождающие воображенье — наверное, антистресс.
И просыпается душа от них, от страсти,
И тянется она к закату, чтоб улететь
Наперекор всему и своей судьбе.
Дорога длинна средь полей бесконечных.
Дрожит и сливается с небом полоска земли.
Сквозь воздух прозрачный виднеется жёлто-красное море,
А за ним вечный снег на шапке высокой горы.
Крик чёрных ворон в безликом от сумерек лесе
Разносится ветром, уносится в холодную даль.
И тишь после их пронзительного крика
Звенит бесконечным звоном в ушах.
Снопы за снопами стоят шалашами.
Земля, надышавшись, уснула в стогу.
Деревья дрожат, сбросив одежды.
Багровое солнце, уныло блеснув,
Прощается с нами до лета.
Дым из трубы устремляется в небо.
Огни из окон отразились в пруду.
Запахло костром. И поверхность воды
Туман застилает белым ковром.
Всё это печалит и радует вместе.
В груди навевается сладкая грусть.
Иду по дороге навстречу простору –
Судьбе неизвестной навстречу иду.
Дорога длинна, но жизнь коротка.
Успеть бы пройти половину пути.
Поля вокруг как моря с островками из леса,
Но мне бы добраться до высокой горы.
Темнеет. И спутник земной освещает дорогу,
Как ангел-хранитель ведёт к цели моей.
Огни от избы скрылись в тумане,
И только снежная шапка блестит от луны.
Иду. Страха нет. Вороны уснули.
И только мой шаг тревожит в округе покой.
Мне света хватает ещё в этой жизни,
Чтоб просто видеть ту шапку той самой горы.
Стена непонимания,
Плача и рыдания,
Как грубого незнания,
Стоит передо мной.
И время онемевшее,
Склонилось, заболевшее,
И смотрит, одуревшее,
Как бьют о мегалит челом.
Стоят они, качаются.
В упор не замечаются
Следы на стенах каменных,
Построенных неведомой рукой.
Касаясь лбом истории,
Лобзая камни мифологией,
Придумывают поверх теории,
А с ними и эпизод жизни другой.
Молитвами они спасаются
И слёзно пресмыкаются,
Грешками засыпаются
Под гравитационный стон.
И слепо верят в райские
Созвездия бескрайние
И в подземелья дантовские,
Предав всё это верой в «ничего».
Тоскуют они радостно,
И плачут они сладостно,
Смеются они жалостно
Под тяжкий сверху звон.
Надстраивают стену ту,
Камнями пряча веру с уст,
Разбрасывая лепту безумств,
Как в помощь о былом.
Зачем же вы так делаете
И что вы исповедуете?
Действительность ведь спряталась
Под вековым песком.
Неужто вам не дорого,
Неужто вам не совестно,
А может, вам неведомо,
Что сохранилось под песком?
А может, вы лишаете,
А может быть, вы прячете,
Неужто вы всё знаете
Про клад, что спрятан под песком?
И мир людей страдальческий,
Прекрасный и загадочный,
Останется без ясности,
Что он совсем другой.
Гранитная плита заваленная,
Чужой молвой замалчиваемая,
Лежит, скрывая развалины –
Развалины истории под гробовой доской.
Неважно, как проснулся я.
Неважно, что со мной сейчас
И как пройдёт мой день без сна
