Еще по-летнему тепло и ласково светило солнце, вынуждая уставших людей тянуться к бурдюкам, и делать один - два глотка заранее припасенной воды. Дорога смогла измотать не только людей. Тягловые быки вконец измученные насекомыми часто оступались, только кнуты погонщиков заставляли их и дальше тянуть непосильную ношу. Ханукай, в прошлом независимое королевство, вот уже более двадцати лет являясь частью империи Шондар, никак не хотело перенимать её опыт в строительстве дорог. Уставшие животные вытягивали телеги из размокшей земли, а погонщики, время от времени спрыгивая на землю, помогали им шестами, приподнимая телеги. Иногда встречались и более серьезные преграды, ведь совсем недавно сильным ветром повалило множество сушнин. Заторы сильно замедляли продвижение каравана.
Телеги, укрытые тентами из плотной ткани, двигались в Северин на ежегодную ярмарку. Крестьяне, собравшие в этом году неплохой урожай, надеялись выгодно его продать; тамошний тейвас давал за зерно неплохие деньги, ни разу не обидев работяг.
- Люди пропадают на тракте, часто пропадают, - ёрзая, произнес молодой возница. - Слышишь, Лан?
Лан посмотрел на брата и поначалу отмахнулся от вопроса. Но, увидев, как тот нервно возится, передумал - решил немного успокоить.
- Что с нас брать - то? - Произнес он снисходительно, и следом поясняя. - Как переправимся через Валежку, места поспокойней будут. Ты, Крам, не боись, не впервой, чай.
- Лан, а кого там головной подобрал? - Махнув рукой в сторону первой повозки, Крам с любопытством посмотрел на брата.
- Кто же его знает? - Припоминая вчерашнее происшествие, Лан нахмурился.
Однообразие дороги тогда прервал окрик головного, несколько мужиков, а в их числе Лан, поспешили к нему. В подлеске лежал человек, без одежды и еле живой. В глаза бросилась обожженная кожа. Пузыри от ожогов покрывали кисти рук, ноги, но сильнее всего пострадала грудь; почти черного цвета, кровоточащее пятно струпом покрывало почти всю переднюю поверхность грудной клетки. На бивак тогда встали пораньше, подобрав путника, на этом настояла деревенская знахарка. Она подвязалась идти с ними, якобы и у нее в Северине тоже дела. Хотя какие могут быть дела у бабы, да еще и в городе.
- Сам то, что думаешь? - Крам отвлек брата от воспоминаний. - Из чьих он будет?
- По рукам не поймешь, но знахарка говорит, что маг.
- Точно маг? - Крам аж рот открыл от удивления.
- А ты пойди, спроси его, если не страшно. - Дав совет, он потерял к разговору всякий интерес.
- А можно?
- Дурак ты! - Лан в сердцах стеганул быка. - Ни бельмеса не понимаешь.
Первый раз очнулся в лесу. От накатившей боли хотелось выть, но голосовые связки отказались выполнить это требование. Собрав всю злость, на одних эмоциях - словно животное, ведомое инстинктами, пополз вперед. Направление случайное. Как выбрался, совершенно не помню, но, придя в себя, увидел проселочную дорогу. Пытаясь дотянуться до ближней лужи и напиться, снова потерялся. Когда меня подобрали, уже более или менее соображал и сделал вид, будто в отключке. Ни слова не понял, о чем они там воркуют, портал выкачал все соки. Женщина, что-то горячо доказывала дородному мужику, а тот, молча, слушал, изредка хмуря брови. Наконец, показал на меня и с помощью остальных погрузил в свою телегу. И только теперь мои ожоги намазали какой-то дурно пахнущей мазью, накрыли рогожей и позабыли.