– Да он тебя обдурит, как младенца, – пожал Палек плечами. – Нашел с кем связываться.
– Не все так просто, Лика, – серьезно сказал Биката. – Конечно, за четыре миллиона лет дерево позиций могли и просчитать полностью, если задавались такой целью. Но Камилл – настоящий игрок, играет не ради победы, а ради процесса. Не думаю, что он жульничает. Все, пока, молодежь. Недосуг мне.
И он растаял в воздухе.
Яна с Палеком переглянулись.
– Я-то думала, что ты, Лика, из наших станешь первым, кто с Камиллом в игру ввяжется, – насмешливо прищурилась Яна. – Как же ты такой шанс упустил?
– Мне пока в жизни интереса хватает, чтобы еще и в игры влезать. Ну что, давай думать, что делать с нашей Академией. Ты в курсе, что Бокува просветила Сиори, Грампу и Исуку насчет их истинной природы?
– Да, она сообщила. Не вовремя ты это затеял, Лика, попомни мои слова. Сиори на грани пробуждения. Если она проснется в результате твоей самодеятельности, считай, минимум неделю в себя приходить станет. А то и период. Зря думаешь, у Момбана стандартная процедура сатори на десять суток растянута?
– Так лучше, чем если она проснется от шока в момент острого кризиса. Ничего, она тетка сильная, справится. Ну что, зовем Каси и начинаем обсуждение всерьез? Кстати, а Кару привлечь не стоит? Обидится еще потом, что не рассказали.
– Нет. Она и так в эмоциональном раздрае. Вон, переживает, что решила проконтролировать свою проекцию в Масарии на профилактическом осмотре, раскрылась и психанула.
– Когда успела? Я что-то не слышал.
– Да там ребенок полез куда-то на верхотуру и сорвался. Вместо того, чтобы вероятности подкорректировать и эффектором подстраховать, зачем-то повела свою проекцию его вручную спасать. Проявила себя как девианта, вместо намечаемой третьей категории показала первую и попала в фокус внимания исследователей. Она мне призналась, что вдруг почувствовала себя снова в Институте человека. Что ее сейчас снова привяжут к стенду и начнут мучать. Знала, что чушь полная, и все-таки не справилась с собой. Она очень устала, Лика. Она много лет насилует себя, занимаясь делом, к которому питает глубокое отвращение. Ей срочно нужно в длительный отпуск. Или же решиться окончательно уйти из Сураграша. А если рассказать ей об Академии, наверняка она и ко-нэмусинов на себя взвалить попытается – и тогда точно сломается.
– Ладно, убедила. И вообще, нужно против нее заговор организовать и государственный переворот. Связать и увезти силой на природу, к озерам. На лошадях кататься, на сукато летать, все такое. И Дзи позовем, чтобы не брыкалась.
– Незачем. Она в последнее время все больше и больше торчит в Масарии. Ничем не хуже разгрузка. Ты давай Каси зови, мечтатель. Она ведь наверняка не сразу подключится.
– Сейчас. Ты мне только скажи – тот парень, что тебе сценарий писал, он все из головы придумал? У меня смутные подозрения, что я такое уже где-то видел.
– Ну, я ему общие рамки поставила. Взяла пару старых сериалов и попросила скомпилировать похожий сюжет.
– Каких сериалов? Конкретно?
– Ну, «Дева Ватасино». И «Моя танцовщица».
– Точно! – Палек хлопнул себя по бедрам. – Я же чувствовал, что что-то здесь очень знакомое для малолеток. Яни, ты ничего более инфантильного ему подсунуть не могла? Типа «Душееда», например? Или «Кровососки с крестом»? Там тоже в школах действие происходит.
– Половина таких сериалов про школы! – обиженно сказала Яна. – Что вспомнилось, то и использовала. И вообще, кончай издеваться, зови Каси.
– Зануда. Ладно, сейчас.
Палек полуприкрыл глаза, пробежался по списку первого круга и активировал канал в сторону Кансы.
«Канса, контакт. Палек в канале. Каси, ты там не слишком занята? Мы тут с Яни сидим, ты нужна…»
Девичью фигурку в неприлично короткой юбке Мира заметила сразу же, как поднялась на третий этаж дормитория. Вообще говоря, сейчас ей полагалось находиться в библиотеке на самостоятельной подготовке, но учеба совершенно не лезла ей в голову. Не ей одной, разумеется. После вчерашних событий в бассейне все три курса гудели словно перегретый магический кристалл, готовый взорваться брызгами пламени. Нападение чудовищ, Май, сам похожий на одно из них, спасение принцессы и ее укрытие в Академии – любого из произошедшего хватило бы на полгода разговоров. Все же одновременно привело к тому, что об учебе попросту забыли. На первых уроках никто из второкурсников не слушал ни господина Саомира, ни почему-то подменившую госпожу Сиори Клию, перекидываясь записочками и перешептываясь. Саму Сиори Мира видела только мельком, с утра: та стояла на краю плаца перед учебным корпусом и смотрела на проходящих мимо кадетов с таким видом, словно еще не до конца проснулась. Когда Мира попыталась поздороваться с ней, та вздрогнула, поспешно кивнула и быстро ушла в сторону преподавательских домиков.
