– Я все сумею, – Май по-хозяйски положил руку ей на талию. – Только…
Он слегка подмигнул Мире.
– Я не заинтересован, – закончил он прежним тоном, в котором, словно блики по поверхности прохладного ручья, скользили насмешливые нотки. – Ты не в моем вкусе, красотка.
Одора отшатнулась, сбрасывая его руку. Ее лицо пошло пятнами.
– И кто же в твоем? – сквозь зубы процедила она. – Эта доска? – она кивнула на Миру.
– Ну вот, сразу пошли ярлыки. Почему доска? Просто дите недоросшее, все еще впереди. Эй, Каси! – он махнул рукой. – Меня ищешь?
Мира обернулась. К ним, неслышно ступая мягкими туфлями, приближалась молодая женщина в платье и наколке горничной и с рыжеватыми волосами, забранными на затылке в конский хвост.
– Да, господин Май, – вежливым тоном ответила она. – Госпожа Клия просила передать, что Ее Высочество проснулась и сейчас изволит обедать. С ней можно поговорить, как ты хотел. И госпожа Сиори просила тебя зайти как можно быстрее. Она хочет спросить… касательно вчерашних рассказов госпожи Айсоки.
– Спасибо, зайду, – кивнул Май. – Кстати, хочешь посмеяться?
Он жестом фокусника извлек из нагрудного кармана рубашки смятый клочок бумаги.
– Третье письмо. Похоже, я нарасхват. Ладно, пошли. Пока, девочки! Вечером поболтаем.
Он звонко шлепнул обеими ладонями по ягодицам Миры и Одоры, прошмыгнул между ними и с громким топотом ссыпался вниз по лестнице.
– Прошу его простить, – поклонилась горничная. – Я уверена, он не держит в голове скверных мыслей.
Она повернулась и степенным шагом спустилась за Маем.
– Я его убью! – прошипела Одора.
– И я поучаствую! – поддержала ее Мира, еще полминуты назад радовавшаяся унижению соперницы. Дите недоросшее? Ах он… – И ведь он так все время!
– И как ты его переносишь? – поинтересовалась Одора, задумчиво теребя ворот блузы. – Ты ведь за ним все время хвостиком таскаешься. Неужто терпишь?
– Ничего я не таскаюсь! – буркнула Мира, чувствуя, что опять краснеет. – Просто я за ним присматривать должна. Мне госпожа Сиори приказала.
– Ага, рассказывай! – скептически хмыкнула Одора. – А то я не видела, как ты на него смотришь. Но чтоб я сдохла, если не отомщу!
– И как собираешься?
– Заложить хочешь? – подозрительно глянула Одора.
– Помочь хочу! – фыркнула Мира. – Тоже мне, спаситель принцессы. Все ему вокруг дети, один он умный!
Девицы синхронно решительно кивнули. Союз, по крайней мере, временный, был заключен.
– Что сделаем? – осведомилась Мира.
– Сейчас… – Одора задумалась. – Ну-ка, за мной.
Она воровато оглянулась и вошла в комнату Мая. Мира последовала за ней. Прикрыв за собой дверь, старшекурсница осмотрелась по сторонам. Правда, особо смотреть казалось не на что. Кровать, шкаф и тумбочка, да еще шар-светильник под потолком. Окно отсутствует, зато вовсю пахнет пылью. Кладовка, да и только.
– Ага! – Одора торжествующе ткнула пальцем в тумбочку. – Вот!
Она схватила стакан, мирно стоящий рядом с пустым графином, и победно воздела его над головой.
– Ну и что? – непонимающе переспросила Мира.
– Пошли!
И Одора выскочила в коридор.
– Стой здесь! – приказала она и со всех ног бросилась к женской душевой по ту сторону лестничной площадки. Спустя несколько секунд она выскочила оттуда с полным стаканом воды. – Смотри – чуть приоткроем дверь и поставим стакан сверху на ее край. Как только дверь откроется, стакан ему на голову упадет и обольет. Поняла?
– А он там устоит? – засомневалась Мира. – Уж больно он узкий.
– Куда он денется! Ну-ка, приподними меня, а то я не достану.
Мира нехотя присела и обхватила старшекурсницу за бедра. Пыхтя, она приподняла Одору над полом сантиметров на тридцать, уткнувшись ей лицом в спину, и замерла, перебарывая дрожь в коленках.
– Еще чуть-чуть! – скомандовала та сверху. – Ага, вот так держи! Все, опускай.
Мира почти уронила ее на пол и глянула вверх. Дверь чуть приоткрывалась внутрь комнаты, но стакана наверху не замечалось.
– Сматываемся, пока никто нас не засек! – озабоченно сказала она.
– Тихо! – оборвала ее Одора. – Тьфу, скотская жизнь! Идет кто-то.
С лестницы и в самом деле донеслось щелканье каблуков. Переглянувшись, девочки на цыпочках добежали до душевой, нырнули в нее и затаились, чуть приоткрыв дверь, чтобы в щелку видеть коридор.
– Грампа! – тихо выдохнула Одора.
Воспитательницу они видели со спины, но даже так она показалась какой-то странной. Ее обычно резкие энергичные движения сменились медленной задумчивой походкой. Поднявшись на этаж, она остановилась, словно колеблясь, потом подошла к двери в комнату Мая и замерла, протянув к ней руку.
– К-ссо… – шепотом выругалась Одора. Мира замерла. Только не входи, не входи, молила она. Ну нет там никого!
Грампа толкнула дверь и решительно ступила в проем. В следующий момент тишину дневного дормитория разорвал громкий взвизг, сопровождающийся звоном разбитого стекла.
Девочки отпрянули от двери и прилипли к покрытой плиткой стене раздевалки.
– Мы попали, – едва слышным шепотом констатировала Одора. – Идем сдаваться? Тогда она нас хоть не убьет.
– А откуда она узнает, что мы виноваты? – таким же шепотом откликнулась Мира.
