Польский ежемесячный научно-популярный журнал для детей.
— Вы хотите, чтобы такой живой мальчуган был священником? — не скрывая удивления, спросил каноник Мартин.
Господин Ньепс с любовью смотрел на своего младшего сына.
— Он обучается в монашеском ордене ораторианов и, по всей вероятности, останется в нём. Члены ордена — просвещённые люди, а Нисефор охотно учится.
— Нисефор, какие предметы тебя интересуют больше всего?
— Физика, — бойко ответил девятилетний мальчик. — А ещё химия. И математика. А вообще-то я люблю все предметы за исключением рисования.
— Действительно, у него совсем нет способностей к рисованию, — с улыбкой заметил отец.
— Папа, а знаешь, о чём нам рассказывал на уроке отец Дамиан? Якобы в Париже господин Кюньо построил повозку, приводимую в движение паром. Я тоже мечтаю быть изобретателем. Только какой из меня будет изобретатель, если я не умею рисовать?
— Сомнительно, чтобы у этого парнишки появилось призвание к богослужению, — вздохнул гость.
* * *
— Клаудиус, наконец-то я нашёл тот текст, о котором я тебе говорил столько раз! — заявил брату Нисефор Ньепс, торопливо войдя ранним утром 1816 года в лабораторию. — А главное, это вовсе не новость, почти 20 лет тому назад физик Вентури отыскал эту цитату в рукописях Леонарда да Винчи и опубликовал её. Вот послушай: «Если изображение освещённого предмета через маленькое отверстие попадёт в очень тёмную камеру и если внутри её поместить белую бумагу на некотором расстоянии от отверстия, то на бумаге увидим обратное изображение этого предмета…»
— Значит, если в тёмной коробке вместо листа белой бумаги мы поместим металлическую пластинку, покрытую солями серебра, то на ней должно появиться изображение данного предмета?…
— Несомненно, так как соли серебра обладают чувствительностью к свету.
— Итак, берёмся за работу.
Неразлучные братья разыскали подходящую коробку, оклеили её чёрной бумагой и осторожно вставили в неё металлическую пластинку, покрытую хлористым серебром, после этого поставили коробку на подоконник. Братьев объединяла не только взаимная любовь, их обоих влекли новые открытия. После смерти отца, оставившего им порядочное наследство, они оборудовали лабораторию в своём имении Ле Гра и вот уже несколько лет занимались постройкой двигателя внутреннего сгорания, работающего на керосине. Изготовление многих деталей требовало многочисленных рисунков, поэтому у Нисефора появилось желание найти новый способ печатания рисунков, отличающийся от применяемого до сих пор литографского способа.
После обеда братья вернулись в лабораторию и, соблюдая необходимую осторожность, вынули пластинку из затемнённой коробки. И хотя братья ожидали этого, они не могли прийти в себя от изумления. На пластинке виднелись голубятник, крыша сарая и цветущая груша! Только цветы груши и небо получились тёмными, а ветки и старые доски сарая — светлыми.
— Негативное изображение! — воскликнул Нисефор.
— Каким путём можно получить из него позитивное изображение? Нужно обязательно найти вещество, белеющее от света!
Братья бережно спрятали пластинку в ящик стола, и, несмотря на это, на следующий день изображение исчезло с пластинки. Братьям предстояло решить две задачи: получить позитив и закрепить изображение.
* * *
Известный парижский оптик господин Шевалье сидел в своём магазине и наблюдал за женой, которая вытирала пыль с разных коробочек, стоящих на прилавке. Дела господина Шевалье до сих пор развивались успешно, лишь с недавнего времени его начало что-то беспокоить.
— Я чувствую, что какое-то важное дело, сулящее большие выгоды, проходит мимо. Что за странные клиенты! Один требует, чтобы я изготовил камеру-обскуру с призмой определённых размеров, второй желает купить такую же камеру, но с призмой других размеров, третий… тоже заказывает камеру-обскуру! Я уверен, что эти люди не знают друг друга, просто они работают над одним и тем же вопросом. Я им изготовляю камеры, но что я буду иметь за это? Я предчувствую, что будет сделано важное изобретение, а каждое важное изобретение — это большие деньги.
В этот момент в магазин вошёл новый покупатель.
— Убедительно прошу изготовить камеру-обскуру следующих размеров, — клиент протянул бумажку. — С объективом, снабженным ахроматическим стеклом.
Оптик взглянул на жену и наклонился над бумажкой.
— А зачем вам нужна такая камера? — с мнимым равнодушием спросил господин Шевалье.
— Я желаю получить на пластинке изображение, которое позднее зафиксирую.
— Изображение? А возможно ли это?
Покупатель вынул из кармана пластинку с изображением накрытого стола, букета цветов и высокой бутылки вина. Удивленный Шевалье широко открыл глаза и наклонился над пластинкой, но покупатель тут же спрятал её в карман, как будто пожалев, что показал пластинку оптику.
— На какую фамилию выписать заказ? — спросила госпожа Шевалье, не растерявшись.
