Горилле, видимо, надоело сидеть. Он поднялся и стал осматривать квартиру. Я забеспокоилась: еще стащит что-нибудь, а мне потом отвечать перед хозяйкой. И стала следить за его руками, как бы чего не засунул в карман. Этот Дженибек не вызывал у меня доверия, странный какой-то.
- Экая вы. Не волнуйтесь, у вас ничего не пропадет, - с усмешкой сказал колобок, заметив мою тревогу.
- Извините, - смутилась я. - Квартира и вещи хозяйские.
Через двадцать минут они удалились, вручив мне визитку с номером телефона. Вдруг что-то вспомню. Неизвестно почему, но настроение у меня окончательно испортилось. Я верила и не верила в смерть сестры. Действительн, надежда умирает последней. А вдруг Алена жива? В любом случае пора разыскать Вадима. Замкнула квартиру и спустилась во двор. На лавочке у подъезда сидел пожилой мужчина. При виде меня он поднялся.
- Зима Анастасия Дмитриевна?
- Она самая, а вы простите кто?
- Следователь Егор Петрович, - представился мужчина и показал удостоверение. Он засунул документ во внутренний карман пиджака темно-серого чуть мешковатого костюма. На меня пахнуло едва уловимым знакомым запахом лимона и кофе. Папа тоже любил этот одеколон. Я сама покупала ему "Кардинал" на день рождения.
- Как, еще один? Или это были ваши сотрудники, и вы разминулись? - удивилась я.
- К вам кто-то приходил? - оживился мой собеседник. Его глаза заблестели азартом, как у гончей, почуявшей след.
Я молча подала визитку, оставленную мне колобком. Мужчина вызвал у меня доверие знакомым отцовским запахом и располагающим видом.
- Что за чушь! Кроме меня, и моих людей, конечно, никто дело вашей сестры не ведет. - Он переписал в блокнот данные с визитки. - Я приехал в Краснодар по своим делам и решил: почему бы заодно не пообщаться с вами. Адрес мне дал ваш отец.
- А вы не видели их? - Я показала на визитку.
Он покачал головой.
- Только что подошел и присел на лавочку отдохнуть, а тут вы. Я вас узнал по фото. - Егор Петрович достал снимок и протянул мне.
На фотокарточке я и Алена стояли во дворе нашего дома в станице Павловской. Это был тот редкий случай, когда мы разом приехали домой и папа решил запечатлеть дочерей на память.
Следователь предложил мне сесть на лавочку рядом с ним.
- Скажите, Настя, кто мог желать смерти вашей сестре? У нее были враги? - Мужчина повернулся ко мне, его серые глаза под тяжелыми набрякшими веками изучающе уставились на меня.
- Ну какие враги могут быть у веселой, красивой девушки. Бизнесом она не занималась. Пела в ансамбле и этим зарабатывала себе на жизнь. Вела корпоративы, дни рождения и другие праздники, - сказала я с возмущением, вспоминая ангельский вид сестры. Под его проницательным взглядом я чувствовала себя неуютно, и это обеспокоило меня. - Разве не в Вереево нужно искать того, кто напал на Алену? Папа говорил: ее ударили по голове.
Егор Петрович, по-прежнему, не сводя внимательных глаз с моего лица, достал из кармана пиджака сигареты и закурил. Помахал рукой, прогоняя дым и только тогда ответил:
- Это только предположение. Мне, например, кажется странным такое совпадение: исчезновение вашей сестры и гибель ее жениха в один день. - Взгляд пожилого следователя стал цепким.
Я подпрыгнула на лавочке от удивления.
- Что? Я не знала, что Вадим погиб!
Оказывается, некому сообщать об исчезновении Алены.
- То есть вы не знали, что он разбился на своей машине почти в тот же день, когда пропала ваша сестра? - На его худом лице с глубокими мимическими морщинами промелькнуло выражение недоверия. Усмешка скользнула по узким губам.
"Такое впечатление, что все меня подозревают в чем-то, - подумала я. - Довольно неприятное чувство".
- Не знала. А так же не имею понятия, ни где он живет, ни номера его телефона. Место работы только приблизительно, - пробормотала я потрясенная этим совпадением. На улице раздался резкий звук сирены "Скорой помощи", заставившей меня вздрогнуть. Я непроизвольно сжала пальцы на шершавой доске скамейки.
- Вадим работал хирургом в онкологическом отделении. Жил на улице Красной в престижном районе, - произнес следователь, все так же внимательно наблюдая за моей реакцией. - Вот сумочка Алены, можете взять. - Егор Петрович протянул мне крохотный розовый клатч сестры.
Я взяла сумочку дрожащими руками и неожиданно для себя заплакала. Этот дамский предмет показался мне вестником несчастья, в которое не хотелось верить.
Следователь встал и похлопал меня по спине тяжелой рукой.
- Держись, девочка.
Егор Петрович постоял рядом со мной с минуту, кашлянул, переминаясь с ноги на ногу. Я догадалась: он столько раз видел горе людей, потерявших родных, что успел привыкнуть и ожесточиться сердцем. Или считал своей главной задачей не утешение родственников жертв, а наказание убийц.
- Настя, я это... пойду. А ты выпей валидол или валерьянки, сходи к друзьям...
