– Меня Лина зовут, – старалась я, чтобы мой голос звучал ровно и уверенно, но получалось с трудом. – Я… – и в эту минуту я окончательно растерялась, не понимая как вести этот разговор. Стоило хотя бы немного порепетировать, прежде чем врываться сюда. Гордеев продолжал на меня смотреть в ожидании, а я была готова извиниться, сказать, что ошиблась дверью и убраться отсюда как можно дальше. И только понимание, что вероятно мне больше не представится шанса поговорить с ним, я заставила себя продолжить, сразу переходя к сути. – Я предлагаю вам… себя.
Только произнеся эти слова вслух, я осознала, как глупо и самонадеянно они звучат. Это должно было стать деловым предложением, а получилась скорее отчаянная мольба. Пожалуй, так жалко в своей жизни я себя не чувствовала еще ни разу. Все же следовало лучше подготовиться к разговору, а не кидаться в омут с головой, не имея четкого плана.
– У вас наверняка мало свободного времени, – заставила я себя продолжить, хотя совсем не знала, что еще сказать кроме озвученного, но молчание сейчас играло против меня. – Я предлагаю вам простые, понятные отношения, лишенные каких-либо сложностей.
Сердце отчаянно билось о грудную клетку. В висках от напряжения поселилась боль. Я задержала дыхание в ожидании его ответа, которого все не было. Время будто замедлилось. И без того тяжелая атмосфера в кабинете стала в разы удушливей. Гордеев смерил меня равнодушным взглядом, словно я предмет мебели.
– Неинтересно. – Он вернул все свое внимание телефону, давая понять, что мое предложение его не впечатлило.
Я продолжала стоять на месте, не решаясь уйти. Я не могла вот так просто сдаться, когда шанс вырваться из моего провинциального болота был так близко, буквально в трех метрах, но что еще сказать, как уговорить его я не знала. Голос разума предпочел заткнуться, отказываясь мне помогать. Я действовала на эмоциях и ругала сейчас себя за то, что так бездарно использовала шанс с Гордеевым. Не получилось у меня сорвать обещанный Лерой джек-пот. Беспомощное отчаяние затопило меня с головой и, не успев как следует подумать, я выпалила первое, что пришло в голову:
– Я девственница.
Не знаю, достаточно ли это веский аргумент для него, чтобы все же принять мое предложение, но других у меня все равно не было. Я бесконечно далека от этого мира продажных женщин, но тихо надеялась, что у меня все же получится попасть в него. Назар Гордеев вновь посмотрел на меня все тем же незаинтересованным взглядом. Судя по его невозмутимому лицу, эта информация тоже не произвела на него впечатления. С его возможностями, вероятно, если ему будет нужна непременно девственница, он ее получит, даже если в мире они станут дефицитом.
– И сколько раз ты уже говорила эту фразу?
Его низкий спокойный голос меня словно околдовал, пробрался под кожу. Я даже не сразу поняла, что он спрашивает. Но когда до меня дошло, что он мне не верит, я на мгновение прикрыла глаза, чувствуя себя полной дурой. Сейчас он выгонит меня и будет прав.
– Я говорю вам правду. Вы первый, кому я… предлагаю себя.
Он медленно просканировал меня взглядом с головы до ног и вновь посмотрел в глаза.
– Планировала себя подороже продать?
– Нет, просто так получилось.
Я не хранила девственность специально и тем более не собиралась это монетизировать. Просто так сложилась жизнь. У меня было слишком много бытовых проблем, больная мама, учеба, работа. На отношения совсем не оставалось времени.
Кто-то придает девственной плеве большое значение. Я не из их числа и никогда не романтизировала свой первый раз. Но мне всегда казалось, что мужчинам нравится быть первым у девушки. Гордееву же как будто было плевать.
– И зачем мне шлюха, которая ничего не умеет?
Грубое слово ударило наотмашь. Я опустила взгляд, стараясь найти в себе силы сохранять хладнокровие и не расплакаться. Все происходящее и так было довольно унизительным, но Гордееву удалось одним вопросом унизить меня еще сильнее. Может быть со временем я отращу кожу и не буду так реагировать на, по сути, правду. Кто я? Без пяти минут шлюха и есть.
Сейчас идея обратиться с предложением именно к Гордееву казалась мне невероятно глупой. Этот мужчина мне не по зубам. На что я рассчитывала, предлагая ему себя? Наверняка в его жизни были женщины гораздо опытнее меня. Такая как я ему не сдалась. В моем случае стоило начать с кого-то попроще и не с таким холодным взглядом. Я даже не могла понять, нравлюсь ему или нет. Его лицо – непроницаемая маска. Но то, что Гордеев все еще меня не выгнал, давало небольшую надежду. Нужно только его заинтересовать, но как это сделать ума не приложу. Приходилось наощупь искать выход из ситуации, в которую я сама себя загнала. Продавать себя все-таки очень тяжело.
– Я быстро всему научусь, – пообещала я, даже не представляя каким образом собралась это делать, но сейчас мне нужно было только одно – его согласие, а с остальным разберусь потом. – Я вас не разочарую, – продолжала я его уговаривать.