Поначалу она смущенно улыбалась, не огрызаясь и не отвечая. Затем тяжело и грустно сопела, отстраненно раздумывая между падениями, что после тренировки надо будет постирать вещи, отданные ей Далин. В груди от едких слов царапала обида, и горько становилось и непонятно, зачем он так себя ведет. Но принцесса старалась, очень старалась – и казалось ей, что чем лучше у нее получается, тем злее и недовольнее профессор. А она-то думала, что занятие поможет окончательно помириться! Но при очередном захвате Тротт так жестко вывернул ей руку, что она только всхлипнула, выронив нож, и упала на колени, прижимая ее к себе.
– Долго вы будете отдыхать? – недовольно поинтересовался он сверху.
– Извините, лорд Тротт, – глухо сказала она и сглотнула от боли. – Я сейчас.
Инляндец присел рядом, молча заглянув ей в лицо мерцающими глазами, взял за руку, прощупал.
– Простите, – сказал он, морщась, и повернул кисть. В запястье что-то щелкнуло, и резкая боль прошла, оставив противную, ноющую.
Алина опустила голову. Хотелось плакать не столько от боли, сколько от обиды, но Тротт наверняка пройдется по поводу и ее слез, и проявленной слабости и опять скажет, как она ему надоела.
– Идите в дом, – сдержанно сказал он. – На сегодня все. Оставьте свою обувь на пороге, я должен проверить ее и вашу одежду перед завтрашним днем.
– Хорошо, лорд Тротт, – принцесса сгорбилась. Было ощущение, будто разом кончились все силы. Алине хотелось, чтобы он сказал: она вовсе не надоела ему, и не бросит он ее никогда… и чтобы извинился за свое отвратительное поведение и просто поддержал, потому что, кроме него, у нее никого в этом мире нет. И чтобы знал, что, когда он так себя ведет, ей очень страшно, потому что она лишается единственной опоры. Алина хотела все это сказать, пожаловаться, попросить поддержки, схватить его за руку и уткнуться в нее – но он бы оттолкнул ее, и тогда стало бы совсем горько.
Она тихо всхлипнула, чувствуя, как горячо и мокро становится щекам, и вытерла глаза кончиком крыла. Тротт рядом тяжело вздохнул, снова коснулся ее – погладил опухшее запястье, скользнул пальцами выше, к локтю. Алинка подняла лицо – лорд Макс сидел совсем рядом, крепкий и сильный, – потянулась к нему, чтобы обнял, чтобы утешил, успокоил, встретилась с ним взглядами… пальцы его дрогнули, и инляндец, вдруг отдернув руку, поднялся.
– Довольно слез, – сказал он резко и зло. – Почему вы все время плачете, ваше высочество? И почему все время приходится с вами нянчиться?
Алина замерла, опуская глаза. Все как она и ожидала.
Он всегда будет так относиться к ней. И моменты мягкости – исключение, она ему не нужна вовсе, она ему обуза, проблема и головная боль.
В груди зацарапали совсем уж безудержные рыдания, но принцесса глубоко вздохнула, подавляя их с такой силой, что горло свело, расправила плечи и тоже поднялась.
– Спасибо за тренировку, профессор, – сказала она сипло и твердо, отвернулась и пошла в дом, не забыв оставить на пороге ботинки.
Были потом и жалостливые взгляды хозяек – женщины, хлопоча по дому, наблюдали за тренировкой из окна, и Алинка краем уха слышала, как Венин тараторит, пересказывая Далин происходящее. Бывшая рабыня дала вернувшейся принцессе горшочек с чудно пахнущей травой мазью и робко улыбнулась. А потом, осторожно намазав ноющее запястье, погладила по плечу и обняла – и от этого сочувствия много чего вытерпевшей женщины у Алины опять подступили к глазам слезы.
Были потом и сборы – принцесса под руководством хозяек набивала сухарями, сушеным мясом и ягодами непромокаемые кожаные мешочки для себя и Тротта, аккуратно и плотно складывала в сумку запасной комплект одежды. Оихар с мальчишками тоже вязали свои вещи в тюки, собирали посуду и другую утварь. Оказалось, что им придется уйти вместе со всеми жителями поселения в убежище в горах и пожить там. На сколько они уходили, никто не знал, поэтому на всякий случай собирались основательно.
Был и подробный инструктаж от Тротта – он, вернувшись, проверил собранные вещи, наточил ножи и наполнил фляги, а затем рассказал принцессе о предстоящем пути, начертив ей карту на куске коры и приказав сложить в свою сумку. Идти им предстояло не меньше месяца, но большая часть пути должна была пролегать в безопасных землях, и только два-три дня, по его словам, придется быть настороже – потому что на пути в долины, через которые можно пройти к Источнику, придется обходить выступающий за границы влияния бога горный отрог и пересекать огибающую его реку, а затем снова переходить через нее и возвращаться к поселеням дар-тени, что лежат у горного массива.
– Вы как-то подозрительно молчаливы, – сказал профессор в конце и выжидательно посмотрел на нее. – Я уверен, у вас целый ворох вопросов. Задавайте, Алина.
Принцесса грустно покачала головой. Вопросы, конечно, имелись.
– Нет, лорд Тротт. Все понятно, спасибо.
Он неуверенно двинул крыльями, с недовольством побарабанив пальцами по лавке, словно собираясь что-то сказать, но не стал – поднялся и отошел.
