Она дрогнула, часто заморгала и ничего не ответила.
– Я каким-то образом смог подпитаться от вас, – пояснил Тротт. – От вашего огня. И этого хватило, чтобы уничтожить твердыню.
– Как хорошо, – Алина сглотнула. – Скольких же людей они так замучили, профессор.
– Не надо. Не думайте об этом, – очень мягко проговорил он. – Они уже больше никого не тронут… смотрите, позади собирается дождь. Если он прольется, то смоет наши следы на прахе и позволит выиграть время.
Алинка обернулась и немного приободрилась: в отдалении, там, где в небесах сгущалась вечерняя дымка, действительно погромыхивало.
– А куда мы идем, профессор? – Она подхватила в горсть ягод оситши, догнала Тротта, протянула ладонь: – Вот, поешьте. Пожалуйста! Я еще соберу!
– Ешьте сами, – проговорил он, покачав головой. – Я потом найду что-нибудь на привале.
– И себе соберу, – горячо заверила его принцесса, уже ожидая, что он скажет что-нибудь язвительное. Но инляндец на ходу протянул руку – и она, пересыпав теплые, немного давленые ягоды, улыбнулась, глядя, с какой жадностью он забросил их в рот.
– Нас на раньяре отнесли далеко назад. Теперь нам быстрее и безопаснее вернуться в поселение, под защиту, – объяснил он, прожевав. – За одеждой и припасами. А оттуда снова направимся к долине Источника.
«И нас опять поймают».
Внутри снова провернулся холодный ком, и пятая Рудлог мотнула головой, поспешно переключая мысли на карту, которую рисовал ей лорд Макс.
– Твердыня ведь расположена недалеко от поселения, да? Сколько нам идти?
Тротт внимательно посмотрел на нее, остановился, взял прутик и начал чертить на земле.
– Помните карту? Твердыня и поселение находятся на одной линии, – он поставил две точки и провел между ними короткую прямую, – а излучина реки, у которой нас поймали – далеко справа, – он поставил точку сбоку от линии. – Раньяр от излучины до твердыни летел ночь, а нам, чтобы вернуться туда по пересеченной местности, понадобится не меньше пяти дней, а то и неделя, – а ведь там леса кишат наемниками, и нам от реки нужно еще дойти до прохода меж горами и дальше, по долинам, спуститься к Источнику. А от твердыни до поселения идти с вашей скоростью дня три максимум. Но теперь, надеюсь, мы справимся быстрее.
К роднику они дошли скоро – ключ бил прямо среди ягодника из-под небольшой скалы и в сгустившихся сумерках был почти незаметен. Тротт, пока Алинка жадно глотала воду, а затем обрывала ягоды с щедрой полянки, не сидел без дела: покружил меж папоротников, к чему-то прислушиваясь, и под ее удивленным взглядом направился в высокие кусты. Там суматошно и зло кричали птицы. А через пару минут инляндец вышел, держа в руках несколько крупных яиц.
– Свежие. Вам нужно поесть. – Он протянул их Алине. – Придется сырыми. Не хочу зажигать костер, да и огонь добывать – только время терять.
– Я и слизняка сырым сейчас готова сжевать, – совершенно искренне призналась принцесса и показала сложенные лодочкой ладони, опять заполненные ягодами. – Дайте руку, лорд Макс. Будем меняться.
Он положил яйца – семь штук – на мох, и Алинка ссыпала ему почти всю оситшу. Взяла теплое яйцо в руку и спохватилась.
– А вы, профессор?
– Обойдусь пока. – Он доел ягоды и, склонившись над родником, начал из пригоршни пить воду. Алина посмотрела на его спину.
– Вы целый день меня несли, лорд Макс. Вам они нужнее.
Тротт обернулся. Глаза его в сумерках уже начинали мерцать зеленым. Принцесса замерла – сейчас ведь точно съехидничает, – но он только хмыкнул и потянулся к своей добыче:
– Теперь я верю, что с вами все в порядке, раз вы начали спорить. Я возьму парочку. Остальное вам. Вам понадобятся силы, чтобы лететь.
Алинка, как раз стукнувшая одно яйцо о другое, чуть не подпрыгнула. Тут же забылись все страхи, и холодный ком в душе исчез.
– Лететь?
– Вы оперились, Алина. Теперь точно встанете на крыло.
– А вы научите меня, да? Прямо сейчас?
– Да. Ешьте.
– А если я упаду?!
– Не упадете. Устанете, конечно, но мышцы выдержат.
– А все-таки если?..
– Я не допущу этого. Не бойтесь. Удержу.
– И мы полетим ночью?
– Придется. Зато доберемся быстрее и меньше риск быть обнаруженными. Если получится, к утру будем в поселении.
– А как мы сориентируемся?
– По Источнику, вулканам и лунам. Не бойтесь. Я много раз летал ночью.
– А… – она никак не могла замолчать и задыхалась от возбуждения, а крылья за спиной уже ходили вверх-вниз в нетерпении.
– Ешьте, ваше высочество, – сказал он с усмешкой, и это «ваше высочество» прозвучало мягко и совсем не обидно. – Чем быстрее подкрепитесь, тем быстрее начнется практика.
Поначалу Алинка смешно подпрыгивала на полянке, дергая крыльями невпопад, подлетала, старательно поджимая ноги, и валилась на мхи и кусты, давя ягоды. Она вся взмокла и жутко переживала из-за того, что Тротт снова назовет ее как-нибудь обидно, неумехой или обузой. Но он терпеливо раз за разом показывал, как работать крыльями. У него все получалось легко.
