— Слушай, Кира, наверно, поеду на вокзал. Уже не хочется никуда идти, — опустила я взгляд на ладони, где красовались глубокие отпечатки от ногтей.
- Нет, что ты, — Кира положила ладонь на плечо, — Прости, если испортила настроение. Я не хотела. Вообще не нужно было заводить разговор о нем. Пожалуйста, прости.
— Ладно, все хорошо, — попыталась я улыбнуться.
— О кей. Пойдем? — улыбнулась она.
— Пойдем, — кивнула я.
— А черт! — Кира усердно что — то искала в сумочке.
— Что случилось?
— Похоже, я забыла телефон у Ромы в сервисе. Поговорила с Женей и оставила, наверно, на столе. Ладно, позже заеду. Все равно долго там пробудет. Ему сейчас одному приходится работать за двоих …
Кира вдруг осеклась и тревожно взглянула на меня.
— А … извини, я же пообещала не упоминать …
— Погоди, — развернулась я к ней, — как один? А … Саши там не было разве?
— Саши? Э — э …нет не было.
— А где он? — не сводила с Киры глаз. Она заметно нервничала.
— Я … не знаю, — пожала плечами.
— Не знаешь? — прищурилась я.
— Да, господи, Маша, что за допрос? Никто мне ничего не докладывает. Знаю только, что Рома несколько дней один работает и все, — Кира замолчала.
— Рома, — прошептала я, закрывая глаза. Ты все — таки от меня что — то скрыл.
— А что такое, Маша? Ты так побледнела. Ну, мало ли какие дела у Саши? Эй, ты куда? Маш?
— Я сейчас звонок один сделаю. Подожди здесь.
Как только вышла из машины, я немедленно набрала Роме. Во мне кипела злость. Как он мог оставить меня в неведении? Зачем обманул? Я имею право знать, что происходит с Сашей. Имею!
После пятого гудка, Рома взял трубку:
— Да, Марусь! Привет!
— Ты меня обманул! — сразу выпалила ему.
— Что?
— Зачем ты меня обманул? — по слогам повторила я.
— Ты о чем? Почему ты злишься? — не понимал Рома.
— Где Саша? Я знаю, что он не с тобой сейчас!
— Марусь …
— Нет, Рома! Не смей снова придумывать отговорки, не поверю! Говори, где Саша!
— Хорошо, только успокойся. Он дома.
— Дома? — подозрительно переспросила я.
— Да. Это Правда, Маруся. Он … пока не в хорошей физической форме …
— Значит, его сильно избили, да? — мой голос дрожал. Перед глазами представляла Сашу с ужасными кровоподтеками и синяками. Да мне страшно даже подумать, какие на самом деле у него могут быть увечья. — Рома, скажи, как есть …я тебя умоляю. Я же с ума сойду, если не скажешь.
— Марусь, не придумывай только. Я же сказал руки и ноги на месте. Врач его осмотрел. Он в удовлетворительном состоянии. Он оклемается.
— Оклемается? Да он там один! Ему некому подать даже кружку воды! — не унималась я. Кира удивленно смотрела на меня сквозь лобовое стекло.
— Он сам может встать и взять кружку воды. Марусь, не переживай ты так, Саня и не в таких передрягах был.
— Ну уже нет! Я так не могу! — негодовала я. Как же мне плохо. Хочу его видеть. Хочу.
— Марусь? — позвал меня Рома.
— Я так больше не могу, Рома. Извини!
— Ты чего там придумала?
— Пока.
— Маруся …
Но я уже отключила телефон. Сказав Кире, что мои планы резко изменились, я попрощалась с ней, предложив погулять в другой раз. И, не дожидаясь ее вопросов, вызвала такси. Кира не должна знать, куда я сейчас направляюсь.
Я не несла ответственность за свои поступки, да и не хотела. Мои вышедшие из — под контроля чувства, полностью завладели телом и разумом. И было только одно желание — увидеть Сашу.
Возле подъезда я замешкалась, придумывая, как войти внутрь. И, нажав первую пришедшую на ум квартиру, сказала, что это почтальон. Мне открыли. Не чувствуя под ногами ступенек, я чуть ли не вбежала на пятый этаж и, унимая бешено колотящееся сердце, замерла напротив квартиры. Что я ему скажу? Что со мной будет, когда увижу? Коленки затряслись, не было сил стоять на ногах. Но больше всего боялась увидеть его покалеченного. Собрав всю волю, я нажала на звонок и замерла. Казалось, прошла вечность, и я еще раз настойчиво нажала. До моего острого слуха донёсся какой — то шум за дверью. Сердце еще быстрее забилось, словно в предсмертной агонии.
— Ну же? — прошептала я. — Я же знаю, что ты там.
Неожиданно мои щеки запылали. Мне становилось жарко, и было чувство, что мой лоб сейчас начнет гореть от … взгляда. Я резко подняла глаза и уставилась в дверной глазок. Я на сто процентов была уверенна, что Саша смотрит на меня. Возможно, с озлобленностью и ненавистью, но смотрит пристально, не отводя взгляда ни на секунду. Я не знаю, сколько времени продолжалось, но еще немного и я упаду от жуткого волнения. От осознания того, что нас разделяет всего лишь дверь, а я не могу даже посмотреть на него, прикоснуться. Тихие шаги за дверью заставили меня моргнуть, и я поняла, что Саша и не собирался мне открывать. Нажала на звонок. Нажала еще раз. И еще. Нажала и долго не отпускала. Ну, пожалуйста. Прошу тебя!
— Саша! — не выдержала и припала телом к двери. — Сашенька, открой … умоляю тебя, открой мне эту чертову дверь!
Рыдания с новой силой начали душить меня.
