— Ты меня, как мамочка, отчитывать будешь что ли? И какого черта ты здесь делаешь? — сквозь зубы процедил Саша.
— Сашуль, ты долго? Поехали уже? — ворковала Лариса.
— Я тебе не Сашуля! — обернулся он к ней. — Я с тобой никуда не собирался.
— Ты же не зря сел в мою машину? — нежно пропела она.
— Я тебе сказал не тащиться за мной!
И тут он перевел взгляд на меня. Меня снова, словно, ошпарило «кипятком» от его проникновенного взгляда. Еще больше прошибал озноб. Зубы чуть ли не клацали. Саша разглядывал меня. Я опустила свою голову, сцепляя дрожащие пальцы в замок.
— Ну Саша, ну чего ты? Они сами тут разрулят. Поедем, развлечемся, — настаивала Лариса.
— Какая же ты сука, Лара! — Марго подошла к ней. — Ты опустилась в моих глазах ниже некуда. Я окончательно разочаровалась в тебе. Черт, кто угодно, но только не он, Лара!
— Отстань, Марго, — промурлыкала сладко она. — Он мой. Мой. Поняла?
Саша резко развернулся к Ларисе и, подойдя к ней совсем близко, наклонился к лицу.
— Я ничей, девочка, — тихо сказал он. — Можешь проваливать. И да, спасибо, что довезла. Если ты хотела это услышать.
— Саша! — возмутилась она. — Ты же меня сейчас целовал. Ты же сам хочешь меня!
— Ты …, - Саша со злостью в глазах наклонился к Ларисе.
— Я больше не могу, — прошептала я, понимая, что истерика мной овладевает и нет сил держать себя в руках. — Я больше не хочу это слышать. Как ты смеешь так поступать со мной! Как ты смеешь делать мне больно!
— Маша, — Марго сразу подошла ко мне. — Тихо, слышишь? Тихо. Пойдем выйдем на улицу.
— Никуда я не пойду! — прорычала я в гневе, вставая с табурета.
Саша отвернулся от Ларисы, не договорив свою фразу, и повернулся ко мне. Сколько же черноты в глазах его, сколько потерянности, боли, ненависти. Каждый его брошенный на меня взгляд хлестал мою кожу и душу, словно плетью. Я медленно подошла к ним, стойко держа свою гордость, которая не выдерживает напора моих мыслей о том, что он изменил мне с Ларисой. И так сильно жжет в моей груди, что я не могла понять, что чувствую сейчас к Саше.
— Ты ничего не стоящая из себя силиконовая дура! Обычная подстилка! — со злостью смотрела на Ларису. Она прислонилась к стене и скрестила руки на груди, с ухмылкой разглядывая меня. — Тебя всегда будут только иметь, как шлюху! Хотя почему как. Ты и есть шлюха!
— Заметь, дорогая и красивая шлюха, — тихо посмеялась она. — Я же тебе говорила, что ты обо всем пожалеешь. Не нужно было вставать на моем пути. Ты такая жалкая сейчас, убожище! Но тебя совсем не жалко.
— Тварь! — яростно выкрикнула я, пытаясь схватить ее за волосы. Лариса смогла увернуться, громко рассмеявшись.
— Маша! — Марго тут же обхватила меня за талию, с силой потянув назад. — Успокойся, Маш.
— Отпусти! — вырывалась я. — Я вырву ее поганый язык!
— Маша, тормози, — пыталась вразумить меня Марго.
— Маруся, успокойся, — Рома тоже встал передо мной, придерживая за плечи, но я не могла себя остановить.
— Да отпустите вы меня! — рычала я.
— Ха — ха — ха, — закатывалась в звонком смехе Лариса. — Какое же ты убожище! Даже проиграть не может достойно. Да, дура, спали мы с ним! Трахались недавно, поняла? Он мой. Ха — ха — ха.
— Хватит, твою мать! — рыкнул на всех Саша.
Его яростный жесткий голос заставил меня остановиться, а Лариса тут же перестала ржать, исподлобья разглядывая его. Противно смотреть как она жадным взглядом «лапала» тело Саши. Отпустив меня, Марго повернулась к брату. Напряжение было таким, что все напрочь забыли про пьяного отца, который давно спал, и про парня Егора.
Саша молча подошел к довольной Ларисе.
— Пошла вон, — тихо сказал он ей.
— Что? — недоумевала Лариса. — Сашуль, ты чего? Подумаешь немного привра …
— Я сказал, проваливай, — спокойно произнес он, не дав ей договорить. Но только спокойствие было маской всего того, что на самом деле скрывалось под ней.
— Да ладно, Саш. Тебе же пофиг на нее. Какая разница … Ай! — взвизгнула она, как только Саша грубо схватил ее за руку, отрывая от стены. И, резко распахнув дверь, выталкивает ее в коридор. — Ты охренел! Как ты со мной обращаешься? Я нажалуюсь папе, и он накажет тебя!
Лариса демонстративно скривила лицо, выдавливая из себя сухие слезы.
— Веришь, нет? Плевать, кому ты станешь жаловаться. Просто пошла вон, — снова повторил Саша. — Лариса, по — хорошему уходи?
— Лар, тебе не ясно? — вдруг добавила Марго. — Тебе здесь абсолютно делать нечего.
Лариса сразу сменила жалостливый вид на высокомерный. Она гордо поправила свои волосы и ремешок на сумочке.
— Сумасшедшая семейка, — фыркнула она. — Одна ищет богатого мужика, чтобы задницу пригреть на теплом месте, другой — повернутый на мамашке и ненавидящий всех баб.
— Ты все сказала? — съязвила Марго. — Можешь не утруждать себя. Твоим мнением я вытру пыль со своих туфель.
— Зря ты, Марго, — стрельнула Лариса в нее колким взглядом. Она еще что — то хотела добавить, но Саша резко закрыл дверь перед ее носом.
