Пытаюсь разглядеть в лицах мужчин толику отвращения, презрения, хоть что-нибудь. Взамен наблюдаю невозмутимость и обеспокоенный взгляд в мою сторону, словно я — бомба, которая может рвануть в любой момент. Хотя в чем-то они оказались бы правы.
— Как давно? — вопрос дается тяжело и не хочу знать на него ответ, но женское любопытство берет вверх.
— Мы это выяснили в первые полчаса, как только я приехал, — отчеканил Даниэль.
Из легких начали выкачивать воздух. Медленно, через трубочку, от чего в груди печет.
Они знали. Знали всё это время… Тогда почему?
— Это что, шутка какая-то? — наверное, только сейчас алкоголь всосался в кровь, придавая мне опрометчивую уверенность с примесью адреналина и женской глупости, которая хочет всё выяснить. — Я для вас шутка, прикол, спор?! — голос прорезался на крик, и со звонким стуком ставлю бокал на столешницу.
— Сладкая, конечно нет, — Даниэль сделал шаг в мою сторону, но увидя, как я попятилась назад, остановился. — Мы хотели, как лучше.
— Как лучше? Вы то и дело по отдельности зажимали меня по углам, заставляя чувствовать себя последней дрянью!
— Алекса… — он сделал широкий шаг ко мне.
— Laisse-moifaire. (
Даниэль недовольно сверкнул на него глазами, но сделал так, как просил друг.
— Лекси, прошу, давай спокойно поговорим, — он протянул руку, ожидая моей реакции.
Не знаю почему, но его спокойный голос подействовал на меня как пустырник, и я, загипнотизированная, вложила руку в его ладонь, не отрываясь от упрашивающего серого взгляда.
Он осторожно повел в гостиную, усадил на диван, сев рядом, не выпуская мою руку, нежно поглаживая её с двух сторон. Если Александр так воздействует на какие-то мои нервные точки, то у него хорошо получается. Даниэль расположился в кресле напротив нас, закинув ногу на ногу.
— Расскажи, что тебя беспокоит, — его пристальный и внимательный взгляд изучил каждую мою эмоцию, следили за каждым моим движением, от чего стало еще больше не комфортно.
Я заерзала бедрами на месте, а свободная рука сжалась в кулак.
— Я как на приёме у психолога, — хотелось перевести это в шутку, только вот в глазах напротив не увидела ни тени на неё.
Ладно. Мы взрослые люди, значит и разбираться должны соответствующе: без каких-либо недомолвок и прочего. Глубоко выдохнула и попыталась собраться, но то тепло, что шло от мужских поглаживаний немного отвлекало.
— Меня волнует то, что в ваших глазах я сейчас выгляжу как женщина, которая готова со всеми, не раздумывая, лечь в постель. Но это не так. Я вообще всего этого не хотела. Но тут ты, а потом Даня... — на мгновенье замерла с воздухом в лёгких, пытаясь выразить всю ту гамму чувств и переживаний, что терзали изнутри. — И я запуталась, — произнесла на выдохе, прикрыв глаза.
Мысли в голове снова завязались в узел и всё, что хотела сказать, превратилось в сплошной бред.
— Я не из тех девушек, что встречаются сразу с двумя парнями одновременно. Конечно, никто не говорил про отношения, но когда вы стали напирать на меня по очереди...а теперь оказывается, что вы всё знали с самого начала… Я понятия не имею, о чем думать, — еще один глубокий вдох и надо выплюнуть из себя хоть одну связную мысль. — Теперь мне кажется, что это какой-то розыгрыш и вы специально надо мной измывались на турбазе, чтобы потом просто посмеяться. Хотя моя совесть и так уже сожрала меня с потрохами за всё, что я творила и позволяла делать со мной.
И снова эта гнетущая тишина. По окончанию своего монолога не решаюсь даже посмотреть ни на одного из мужчин, продолжая теребить уже и так вымученный край футболки.
Александр нежно дотронулся до моего подбородка двумя пальцами, приподнимая и заставляя вновь посмотреть на него.
— Ma fleur, прости нас. Мы не хотели, чтобы ты чувствовала себя неудобно. И все не так тебе могло показаться.
Он потянулся и убрал надоедливую кудряшку с моего лица, заправляя её за ухо, попутно подушечками пальцев проходясь по раковине.
Табун мурашек от его прикосновения пробежали от места, где он коснулся меня, заканчивая ключицей.
От того, что на это смотрел Даниэль, от того, что он видел и чувствовал, как я реагирую на его друга, готова была провалиться сквозь землю. Но, видимо, всё происходящее смущало только меня.
— Похоже сама судьба, в прямом смысле, подбросила мне в руки прекрасную девушку, которая пленила одной лишь улыбкой, а естественный аромат её кожи завладел разумом и телом, — сказал Александр понизив свой голос до приятной хрипотцы. — Готов любоваться часами, как её кудрявые волосы слегка подпрыгивают при ходьбе, и как она постоянно заправляет за ухо непослушно выбившуюся прядь. Это чертовски мило, — его губы растянулись в улыбке.
Сколько человек может находиться без воздуха? Я готова была проверить это на себе. Не дышала, не шевелилась, боялась спугнуть то, что сейчас происходило и что слышала.
