— Тоже мне тайна. Ему все нравятся, — пробубнила я, неудовлетворенная её ответом. — И я не в его вкусе. Он сам сейчас сказал.
— Не все. И нет, Маша, я не о внешности говорю. Ты задела собой, и его это раздражает. Он не интересуется девушками просто так. И я была удивлена, когда спросил про твою ногу, да еще и просил проверить тебя. Но стоило мне спросить, что за забота в нем проявилась, сразу заткнул мне рот. Ты его выбиваешь из колеи. Уж я то знаю своего братика.
— Это ничего ещё не значит, Марго. Но, когда … Саша извинился за случай с видео, за его срыв, — призналась я, не зная насколько серьёзно воспринимать слова Марго. — Не ожидала. Сначала ведь меня во всем обвинял. Марго, о чем речь, когда он бросил меня в лесу ночью! Это же кошмар!
— Воу! — воскликнула Марго, искренне удивляясь. — Саша извинился? Точно медведь где — то сдох. Я сама его извинений практически не слышу, он же всегда прав, а тут … Маш, ты идёшь в нужном направлении.
— Ты о чем?
— Ты находишь те ниточки, которые ещё никто до тебя не находил. А я все не понимала, чего он в последнее время слишком вспыльчивый? Но верила всегда и верю, что моего дикого брата можно приручить, — посмеялась она, но мне было не смешно.
— Только мне это не надо. Кстати, … мы поцеловались, а сейчас говорит, что я не в его вкусе. И, если честно, у нас вчера все бы и произошло. Ты поняла о чем я … только Саша отказал мне, говоря, что не хочет мной пользоваться. А сейчас он что делает? Обижает, поехал к какой-то девке, — выплескивала свое наболевшее.
Марго остановилась около девятиэтажки и заглушила мотор.
— Знаешь, Маш, — уже без всякого смеха, сказала Марго. — Я тебе сейчас скажу, а ты делай выводы. Саша не зацикливается на девушках, провёл с ней ночь и до свидания. И что она потом будет чувствовать, ему не важно. Сама захотела? Сама. Какие тогда претензии? Те, которые пытались его заполучить, остались ни с чем. Ему не нужны отношения, а любовь не признаёт ни в каком обличии. Всегда говорит, что любовь чистой воды обман, настанет день, когда все проходит. Так зачем изображать фальшивые чувства? Женскому полу он не доверяет. И то, что он так поступил с тобой, не воспользовался случаем, говорит о многом, по крайней мере для него самого и для меня тоже. Впервые, он подумал о чувствах девушки. Маша! — склонилась она ко мне. Я внимала каждое её слово. — Саша неравнодушен к тебе, как сестра столько лет знающая своего угрюмого и жесткого брата, говорю тебе. И сейчас все зависит от тебя. Только от тебя. Я не верю, что мой брат холодный и непробиваемый. Он может полюбить, просто то, что произошло в нашей семье, в которую он верил всегда, в ее идиллию, в идеальную любовь между нашими родителями, пошатнуло его в подростковом возрасте. Я смирилась и в чем — то понимаю маму, а Саша не хочет признавать этого, поэтому до сих пор не может простить её.
— Марго…,- такие подробности из его личной жизни, меня привели в замешательство.
— Ничего не говори. Ты не обязана мне отвечать. Поступай, как велит тебе твоё сердце. Если ты просто хочешь провести с ним ночь — твоё право. Уж я тебя точно осуждать не буду, — улыбнулась Марго. — Пошли, поздно совсем, неизвестно в каком он состоянии сейчас.
— Кто? — не поняла я.
— Мой папа, — печально сказала она и открыла дверь машины. — Ты только не шокируйся сильно.
— А у меня вот нет отца. Мама одна меня воспитывала всегда, — сказала я, пока шли к подъезду с пакетом продуктов. — Вернее, с бабушкой и дедушкой, пока он был жив.
— Иногда задумываешься, что лучше — не знать своего отца, или с болью в сердце смотреть на его полную деградацию? — тихо ответила она.
Глава 18
— Он в общежитии живет? — спросила я Марго, как только подошли к железной двери с кодовым замком.
— Да, — коротко ответила она, нажав на две цифры. — Папа живет в съемной комнате.
Мы зашли в подъезд. В глаза сразу бросились обшарканные стены светлого оттенка, во многих местах разрисованные молодежью. Свернув направо, мы вошли в длинный коридор, вдоль которого располагалось множество комнат. В коридоре бегали дети. На общей кухне готовили женщины, и некоторые их них нагло курили в открытое окно, весело что — то обсуждая. Как здесь можно жить? Я не смогла бы пользоваться общим туалетом и душем. Неизвестно, какие бы попались соседи. Марго прошла почти в конец коридора и остановилась напротив коричневой двери.
— Оценила? — усмехнулась она, стуча в дверь. Из соседней комнаты вышли двое мужчин. Один из них был лысым и беззубым в майке морского цвета. Осмотрев нас с ног до головы, они пошли в сторону кухни.
— Да уж. Оценила, — хмуро ответила я, прижимаясь ближе к ней.
Марго постучала второй раз. Послышался звук открывающей замка, и на пороге появился мужчина. Ростом он был с Марго, худощавый, на голове спутанные волосы с сединой, небритый. Футболка на нем явно не первой свежести, а на спортивных штанах красовалось масляное пятно. Но, несмотря на безобразный вид, я разглядела в этом мужчине схожие черты с Марго и, в первую очередь, цвет глаз.
