Подниму, и вздохну, и брошу –Пусть другой найдет на пути.Счастья слишком большую ношуНе по силам уже нести.Для таких вот – слабых, усталыхЕсть у Бога иной запас:Видишь россыпь радостей малых?Видишь, сколько? Они – для нас.<p><strong>«Я, странник запыленный…»</strong></p>Я странник запыленный,Ищу в пути приют,А мне воды соленойНапиться подают, –Смеются у порога,Но я покорно пью:У всех своя дорога,Я выбрала свою.<p><strong>«Я всё дальше в море уплываю…»</strong></p>Я всё дальше в море уплываюИ никто не ждет на берегу.Я еще борюсь, еще живая,Но вернуться больше не могу.Море всё пустынней и огромней,Глуше рокот отошедших скал…Только бы меня никто не вспомнилИ теперь обратно не позвал!<p><strong>«Пахнет горькой водой и медузами ветер прибрежный …»</strong></p>Пахнет горькой водой и медузами ветер прибрежныйИ спешит, и, споткнувшись, лохматится пеной волна.Что мне сила моя, что моя бесполезная нежность, –Мне она не нужна, потому что тебе не нужна.Если верной волной я вослед поплыву пароходу,И твои берега захлестнет мой зовущий прибой,Ты, как эта скала, оттолкнешь мою горькую воду,И она отойдет, не опознана даже тобой.<p><strong>«Был зябок недоспанный…»</strong></p>Был зябок недоспанныйВокзальный рассвет.В нем слезы, как оспины,Оставили след.А воздух подслушанныйБыл горек и чист,Как тонко надкушенныйСиреневый лист.Над болью напрасноюБлаженно горя,Вставала прекраснаяЧужая заря.Но, дрожью железноюТрясясь и звеня,Мы были отрезаныОт нового дня.<p><strong>«Пусть захлопнулась перед нами…»</strong></p>Пусть захлопнулась перед намиСамоцветного счастья дверца –Не скудеет земля цветами,Не скудеет надеждой сердце.И под небом чужого края,Немотой его светлой глуби,Изнывая и умирая,Мы живем. Мы поем. Мы любим.Может – близится праздник света?Новым хмелем вскипает чаша?..Нет безумней мечты, чем эта.Нет святее тоски, чем наша.<p><strong>«По песчинке стачивалась боль…»</strong></p>По песчинке стачивалась боль,Размывалась медленными днями,Притуплялась, – так морская сольИ вода шлифуют жесткий камень:И теперь он гладок, словно плод,Округленный, не остроугольный, –В нем лишь тяжесть, что еще гнетет,Но не может оцарапать больно.<p><strong>«От горя удаляясь, отдыхая…»</strong></p>От горя удаляясь, отдыхая –Вдруг изумиться: всё еще жива?Под инеем легла полусухая,Но крепкая октябрьская трава.А утром солнце иней растопило,Его роса по-летнему светла, –Трава живет. Ей тоже больно было,Но боль прошла. Почти совсем прошла.<p><strong>«Так взлетает по стеклу оса…»</strong></p>
