Надоело все до чертиков!Престижная работа, собственная привлекательная внешность, любимый жених…Судьба дает ей шанс изменить все: вляпаться в авантюру, поменять имидж, потерять голову от любви и, наконец, почувствовать себя счастливой!
В один прекрасный день я вдруг поняла, что смертельно надоела сама себе. Надоели темные волосы, строгая прическа, голубые глаза, надоела родинка на щеке и ямочка на подбородке, надоело каждое утро тащиться на работу, видеть там всех, надоело держать мобильник всегда включенным, надоело одеваться как «деловая женщина» и вообще надоело все, кроме Польки. Полька — это моя дочь. А еще мне уже заранее надоела предстоящая через два месяца свадьба… Моя собственная. Надоела квартира, надоела машина — все надоело. Вообще! И что с этим делать? Ну, в принципе, можно отремонтировать квартиру, поменять прическу, купить контактные линзы другого цвета, новую машину, отменить, к чертям, свадьбу… Но от себя-то не убежишь… Только зря потратишь деньги, время, силы и потеряешь хорошую работу. И жениха. В моем возрасте такие женихи на дороге не валяются, тем более что этого жениха одобряет даже Полина, а это само по себе уже достойно уважительного отношения. Так как же быть? Удавиться?
Но тем не менее я собрала волосы в привычный пучок, надела один из деловых костюмов, туфли на каблуках. Хорошо еще, сейчас не лето, когда в жарищу приходится надевать колготки. В нашем департаменте нельзя появляться с голыми ногами, и в брюках тоже нельзя. Однажды я решила схитрить и надела вместо колготок чулки на резинках. Чулки были чудо как хороши, но это кончилось плачевно. Во время важных переговоров, когда нас было только трое — шеф, иностранный партнер и я в качестве переводчицы, — я вдруг ощутила, что проклятый чулок сползает с ноги. Я сразу сбилась, запнулась, к немалому удивлению шефа, — такого со мной обычно не бывает… Я, конечно, взяла себя в руки, но после переговоров нам предстоял еще обед в ресторане, и времени на то, чтобы переодеться — запасные колготки всегда лежат у меня в столе, — не предвиделось. Я покрылась холодным потом.
— Вам нехорошо, Бронислава? — спросил шеф с таким явным неудовольствием, что я предпочла сказать:
— Извините, Владимир Никитич, колготки поехали.
Он покраснел от злости, но я не растерялась:
— Вы когда взмахнули рукой с сигаретой…
— Что? — уже побагровел он.
— Искорка попала на ногу! Можно мне пойти переодеться?
— Разумеется, и поживее! — хмыкнул он, видимо моя храбрость ему понравилась.
Держа через юбку проклятый чулок, я похромала к себе в отдел.
— Брошка, что с тобой? — воскликнул мой коллега и приятель Вася.
— Не смей называть меня Брошкой! — привычно огрызнулась я, выхватила колготки, предварительно сорвав с себя окаянные чулки, чем несказанно удивила Васю и Светлану. Но мне было не до приличий.
Больше я чулки не ношу. Хватит с меня. Уж лучше париться в колготках! Хотя жаль, это красиво и сексуально. Мои коллеги утверждают, что с ними такого никогда не случалось. Лилька, например, носит чулки на резинках всегда, даже в самые лютые морозы, и хоть бы хны. А мне с первого раза не повезло. К чему это я? Ах да, я себе надоела. Это отвратительное, ощущение преследовало меня целый день как косточки в лифчике, хотя я уже давно не ношу лифчиков с косточками. Именно потому и не ношу, что раздражают. К вечеру это достигло такой силы, что я решила хоть что-то поменять. Самым простым и наименее разорительным способом, пожалуй, будет покупка новой помады. Я давно хотела купить себе ярко-красную. Может, станет полегче? Но не стало.
— Мам, ты что, спятила? — встретила меня Полька.
— Почему?
— Что за цвет? Жуть какая-то. Как будто ты только что закусила христианским младенчиком.
— Полина, что ты несешь?
— Просто адекватно реагирую на этот кровавый кошмар! Кризис?
— Какой еще кризис?
— Среднего возраста.
— У меня еще не средний возраст, у меня еще молодость, — может, не первая, конечно, но все-таки.
— А когда начинается средний возраст?
— Ну лет в тридцать шесть, наверное, а мне только тридцать два, а на вид дают вообще двадцать семь.
— Это когда меня рядом нет, — довольно ехидно заметила Полина.
— Тебя все принимают за мою младшую сестру.
— Ужинать будешь?
— Буду. А что на ужин?
— Праздный вопрос. Конечно, супчик.
Чтобы не портить фигуру, мы на ужин обычно едим овощной постный супчик, кто-то нас научил. Это вполне съедобно, утоляет голод, и его можно есть сколько хочешь. Правда, уже нельзя пить чай, но красота требует жертв. Однако сегодня я этого не переживу.
— Нет, не могу. Собирайся, пошли в кабак!
— Ну точно, у тебя кризис! Хотя в кабак пойти совсем не хило. Зигзаг в любой диете приветствуется.
Кабаком у нас назывался маленький уютный ресторанчик, расположенный в соседнем доме. Когда мы туда вошли, я вдруг поняла, что и это заведение надоело мне до тошноты. Но поблизости другого не было, а ехать куда-то уже нет сил.
Полька с интересом листала меню, а я и открывать его не стала — и так наизусть знаю.
Когда милая девушка Жанна приняла у нас заказ, Полька, подперев лицо руками, осведомилась:
— Мам, что с тобой, а?
— Понимаешь, мне вдруг все надоело. До тошноты.
— И я?
— Ты пока нет.
— А Женя?
