Что может остановить Игнес? Или эрн Груно, когда тот получит своё?
Если бы Фабиана знала, что это он, министр, выкрал Витлара, она бы давно вернулась к дядюшке и вымаливала бы прощения за свой проступок, попыталась подкрасться к Бортолду ближе, пусть ей бы это обошлось собственной свободой. Почему Хэварт не сказал ей об этом? Что это он! Почему!?
Услышав о Бортолде от Игнес, Фабиану сначала это ошеломило, парализовав всё тело до костей. Не могла поверить собственным ушам. Бартолд эрн Груно замыслил это преступление — выкрал Витлара и шантажирует этим Ламмерта! Чудовищная реальность сдавила в тиски, и страх холодной змеёй лёг на грудь. Страх за Ламмертов. Выходит, она собственным согласием, став женой Хэварту, подставила его. И Игнес… Фабиана видела в её глазах боль и жажду мести, если бы Ламмерт выгнал её, она, несомненно, не оставила бы это просто так.
А совсем недавно Фабиана узнала от Аскила, что Игнес покинула замок... От этого известия показалось, что стены начали рушиться, погребая её под завалами, как и со всеми надеждами, что Ламмерт не сделает такой ошибки. Игнес первая, кто выдаст его.
Слишком много у Хэварта врагов, слишком малая вероятность выйти из этого всего невредимым — они не позволят. Бартолд эрн Груно, даже если Ламмерт не понадобится ему в дальнейшем, такого оскорбления со стороны милорда не оставит. Игнес может пойти и сдать Хэварта — ей ничего это не стоит, теперь уже нет, когда он оборвал последние ниточки, что её ещё держали. Она слишком много знает. И Фабиана не сомневалась, что Ларси сейчас именно тем и занята. А Хэварт, он просто не хочет этого видеть, думает, что у Игнес не хватит решимости отомстить ему, что её слова — это пустой звук, но Фабиана видела, сколько было яда в её взгляде, когда они ещё утром вошли в столовую вместе... Она готова была испепелить, собственноручно убить своего возлюбленного. Что ей оставалось, как ни уступить, запутать Игнес, потому что Хэварт — Фабиана видела — готов был предпринять жёсткие меры в отношении Ларси.
После их ночи Фабиана поняла, что не может без него, она всецело принадлежит ему. И потому невыносимо было слышать его резкие слова, когда он ворвался в комнату и потребовал объяснений, и почти невозможно было держаться стойко и не давать малейшего повода на отмену своей лжи. Возможно, Ламмерт теперь её ненавидит и презирает, но она не могла допустить, чтобы он из-за неё пострадал, пострадал его брат, который для Хэварта единственный родной человек.
Фабиана свернула в другую сторону от своих покоев и направилась в башню, буквально вбежала по ступеням, приподнимая подол, подошла к окну, выглянула в него.
Во дворе мелькнул Аскил с небольшим кожаным саквояжем. Через время вышел Хэварт, он что-то сказал управляющему, тот твёрдо кивнул. Сердце застучало так быстро и больно, что Фабиана схватилась за горло, унимая в пальцах дрожь. Даже издали она видела, как Ламмерт над чем-то задумался, пока Аскил клал ношу в карету.
Фабиана резко отпрянула от окна, едва Хэварт повернулся и поднял взгляд. Застыв, она несколько секунд не дышала, а когда осторожно выглянула в следующий раз, Ламмерт уже садился в карету.
Хотелось пуститься обратно и остановить, сказать что-то, предпринять, но это было бы безрассудно. Только усугубило бы сложившуюся ситуацию. Всё, что она могла сейчас — это наблюдать, как он уезжает. И неизвестно что будет дальше. Фабиана, прикрыв ресницы, попыталась взять себя в руки. Что ж, одного она добилась — она может свободно выехать из Ристола, никто её запирать в замке не собирался.
Нужно остановить Игнес, только как? Мысли лихорадочно заметались, и тут Фабиана застыла. Эммер! Он ведь предлагал помощь, но Хэварт отказался, и единственной причиной этому то, что он не хочет раскрывать себя, своих тайн. И Фабиана тоже не могла их выдать. Да только кому они станут нужными, если его поймают?! Насколько можно доверять Эммеру, Фабиана тоже не знала.
Что же остаётся? Остаётся то, о чём она думала всю ночь, кусая губы: она сама придёт к эрн Груно и попытается выяснить что-нибудь о Витларе. Эта мысль отчаянно билась горячими толчками в виски, почти причиняя боль. Фабиана сжала кулаки, меряя шагами площадку, взвилась, словно пойманная в силки птица. Остановилась, тяжело вздохнув, ощущая себя камнем, падающим куда-то в бездну. Бессилие душило, затмевало всё мраком.
Где Бартолд может держать младшего Ламмерта? Вряд ли где-то за городом с учётом того, что юноша обладал магией и требовал постоянного наблюдения. И потому надёжного укрытия. Единственным местом может служить собственный замок, который, по разговорам, походил на целую крепость. Нужно отправиться к лорду. Как бы тошно ни было, прикинуться виноватой, раскаяться, разрыдаться, признать свои ошибки, да всё что угодно лишь бы попасть внутрь! Только что будет потом? Как Груно на это отреагирует? Либо выставит вон, либо... Фабиана задержала дыхание, в то время как перед глазами помутилось.
— Я уже не маленькая пугливая девочка, правда? — прошептав с дрожью самой себе, сглотнула судорожно.
