– Ты ранена?! – воскликнул он, бережно отводя ее ладони от лица. – Что случилось?!
– Ничего, – хрипло ответила девушка, но потом, вскипев от злости на саму себя, все же призналась: – все плохо.
– Так что случилось?
Реми чувствовала, как Хейл осматривает ее тело, не порезалась ли она осколками, но они не причинили ей вреда.
– У меня не получается, – пробормотала она, сжимая кулаки.
– Что? – уточнил он.
– Не могу сбросить человеческий облик. Не могу измениться.
Она до крови прикусила щеку.
– Реми, – шепнул Хейл.
Но девушка избегала смотреть ему в глаза – не хотела увидеть в них жалость.
– Посмотри на меня. – Его пальцы нежно пробежали по ее лицу.
Но Реми только крепче сомкнула веки. Как она могла? Теперь она разочаровала и его тоже? Она чувствовала его горячее дыхание, потом ласковое прикосновение его губ и свои соленые слезы на них. Этот нежный, сладкий поцелуй говорил ей, что Хейл никогда в ней не разочаруется.
– Ты не одна. Мы вместе, во всем, – проговорил он.
Прервав этот утешительный момент, принц прижался к ее лбу своим, пылающим.
– Открой глаза.
Реми подчинилась. Его мерцающие серые глаза сияли, на губах играла улыбка. Он смотрел на нее, сжимая ладонями ее щеки.
– Это непросто, Реми, – негромко проговорил он, снова целуя ее в губы, точно не мог от них оторваться. – Совсем непросто. Ты прожила в этом облике целых
– Я… – начала было девушка, но голос ее дрогнул, и она сердито глотнула воздуха, стараясь унять трясущиеся руки. – Кажется, я не хочу его снимать. Что-то внутри меня сопротивляется.
Хейл кивнул.
– Все боятся. Это нормально.
Он понимал.
– Я недостойна вернуть себе этот облик. – Реми вдруг стало страшно, но Хейл сжал ее руки, и его тепло согрело ее. – Я трусиха.
– Нет, – громче возразил он.
Однажды Хейл назвал ее трусихой, и вспоминать об этом было все еще больно. Но Реми знала, что принц винил себя за это так же, как корила себя она, назвавшая его бастардом.
– А что тогда сказать обо мне? Я не вступился за мать. Боялся ее навестить… Я трус.
– Я никогда так не считала, – ответила Реми, обнимая Хейла в ответ.
– И как такое может быть? Я не трус, а ты трусиха. – Взгляд Хейла гипнотизировал ее. – Ты намного смелее меня. Сильная, умная, дерзкая – у тебя есть все, что нужно в этом мире.
Девушка неверяще покачала головой, но принц потянул к себе ее ладонь, переплетая их пальцы и заставляя смотреть прямо на него.
– И все это правда. Жаль, что ты не можешь увидеть себя моими глазами.
Ее поцелуи стали смелее, чем те первые, мимолетные поцелуи, – теплые губы Хейла помогали справиться с отчаянием. Реми крепче прижалась к нему, скользнула языком по его губам, которые приоткрылись ей навстречу.
Когда их языки соприкоснулись, Реми вздрогнула всем телом, на этот раз не от ярости и не от холода.
Хейл прервал поцелуй, и глаза его запылали.
– Я покажу тебе, кто ты, если позволишь, – выдохнул он почти с мольбой прямо в ее губы. – А еще покажу, как я обожаю тебя, всеми способами.
При этих словах внутри у нее все сжалось, но Реми храбро кивнула. Просияв, принц похвалил ее на руки и с легкостью поднялся. Осколки зеркала сыпались дождем по пути от ванной до огромной кровати. Опустив Реми на пол, Хейл снова впился в нее жарким поцелуем.
Они стояли у изножья кровати, пока принц стаскивал с себя белую нижнюю рубашку. Реми уже не раз видела его обнаженный торс, но теперь исполнилось ее желание провести ладонями по этому мускулистому телу. Она исследовала его руки, на которых бугрились мышцы, пока Хейл стягивал с нее ночную сорочку.
Девушка легла на кровать, вжимаясь в подушки, и при виде ее нагого тела Хейл глухо зарычал. От холодного воздуха и его обжигающего взгляда у нее затвердели соски, а внутренности скрутила болезненная судорога. Хищный взгляд его серебристых глаз обещал поглотить ее целиком.
Теперь Хейл стоял перед ней полностью обнаженным, и Реми замерла, приоткрыв рот. Той ночью в лесу она уже почувствовала его размер, но от вида мощных мышц, переходивших в отвердевшую плоть, мгновенно ощутила влагу между ног. Хейл, раздувая ноздри, учуял ее возбуждение. По нему пробежала дрожь, и тело девушки вспыхнуло ответным огнем.
Хейл накрыл ее собой, впиваясь в ее губы, и она все ждала, когда же, когда… Принц осыпал ее безумными поцелуями, соединяя их в одно целое. Реми, забыв о стеснении, дарила ему самые смелые ласки, с силой прижимаясь к нему, и отчаянно жаждала полного единения. Хейл прервал поцелуи и коварно усмехнулся.
– Чего ты хочешь? – шепнул он, проводя губами по ее шее и прикусывая мочку уха.
Ей хотелось только одного. Она надеялась, что у них еще будет время на долгие наслаждения и на любовную игру, но сейчас ее переполняло жгучее желание, и терпеть не было сил.
– Тебя, – отчаянно выдохнула она, беззастенчиво приникая к нему.
Хейл самодовольно улыбнулся, почувствовав это движение и отвечая на ее призыв. Но стоило ему ощутить ее влажность, как улыбка сползла с его лица, и он застонал. Снова коснувшись губ Реми, Хейл сделал осторожный толчок.
