— У нас все знают, — размеренно произнесла Крин, — что в горах стоит селение колдунов. Оттуда ещё никто не возвращался живым. Но я пойду с тобой, куда ты скажешь.
— Меньше слушай дураков, больше ума прибавится. Народ в селении живёт не самый ласковый, но не людоеды же. А я тебя никому в обиду не дам. К тому же, там моя мама живёт и сестрёнка Лура. Ей, никак уже пять лет исполнилось.
Крин улыбнулась. Она вообще удивительно часто и красиво улыбалась. Арчен взял её за руку, как привык водить Луру, и они начали длинный выматывающий подъём по предгорному тягуну. Бесплодная земля, усыпанная угловатыми валунами и целыми обломками скал, в незапамятные времена рухнувшими с вершин и докатившимися сюда. Подъём не особо крутой, но кажущийся бесконечным. В прошлый раз Арчен спускался вниз, но тогда он был сильно побит, каждый шаг отзывался болью. А сейчас он поднимался в гору, к тому же, недавно ему пришлось колдовать, а это лишь кажется лёгким делом. Попробуйте, опрокиньте одним словом трёх всадников, а потом ступайте в горы. Дыхание немедленно окажется сбитым.
Впереди уже были знакомые места, если можно назвать знакомой ржавеющую трофейную свалку.
— Почти дошли, — сказал Арчен, и тут Крин предупреждающе крикнула:
— Догоняют!
Да, это было ничуть не похоже на войска, что барониссимус Вальдхальм посылал против непокорной деревни. Толпа рабов, размахивая палками, торопилась по следам беглецов. Сзади их подгоняли ближние слуги, вооружённые, как и чем попало. А впереди всей орды непреклонно двигались две фигуры: железный гигант и чёрный от ненависти Ирган. В руке Ирган сжимал молот, которым обычно орудовал молотобоец, а железный голем был вооружён и того пуще. В одной руке у него был клинок, формой подобный махайру, но размером вдвое против любого меча, какой можно держать в одной руке. В деснице голема красовался молот, едва ли не тот самый, каким работал Арчен.
Во время рабского труда в кузне, Арчен впитывал все речи Иргана. И какая ему теперь польза от верного знания, что такое махайр?
— Беги наверх, — скомандовал Арчен. — Там селение. Вон с того краю, самый убогий домишко, скорей — просто шалаш. Увидишь мою маму, скажешь ей всё. Пусть народ поднимает, а то это нашествие на войну не похоже, мужики могут прозевать.
Крин убежала легко, словно не было только что выматывающего силы подъёма.
Арчен вышел вперёд, требовательно поднял руку.
— Стойте! Один шаг на крутой подъём, и вы полетите вверх тормашками.
Разношерстное войско остановилось, остановился даже Ирган, только голем продолжал размеренно двигаться. Он не боялся упасть с горы, а быть может, просто был глух.
Арчен вздохнул с облегчением. Легко было угрожать, но столкнуть со склона такую толпу ему было не по силам. Оставалось тянуть время и ждать, когда над обрывом появятся сельчане.
— Здравствуй, Ирган! — крикнул Арчен. — Я вижу, ты начал по-хозяйски распоряжаться в усадьбе. Как там Мегат, жив? Ему хорошо от меня досталось, думаю, он не скоро начнёт заглядываться на девчонок.
— Мегат дышит, но в разум придёт неизвестно когда. Поэтому с вами буду разбираться я. Сначала голем убьёт тебя, а там доберёмся и до ведьмы.
Ирган тоже тянул время. Но если Арчен ждал помощи сельчан, то кузнец рассчитывал на голема, который был уже близко.
— Ты зря называешь Крин ведьмой. Она простая девушка. Это я колдун.
— Мне плевать. Она всё равно будет сожжена.
— Да, ты настоящий людоед. Жаль, что этой ночью я не разбил тебе голову.
Арчен подхватил с земли кремнёвый желвак и метнул в голема. Вот, где пригодились детские игры в палку. Бросок был точен, но железный гигант легко уклонился от камня. Следующий камень он встретил ударом молота. Булыжник разлетелся на части, осколки безвредно секанули по броне.
Арчен быстро оглянулся. Сверху над откосом выстроились сельчане. Помощь пришла. Вот только много ли пользы будет от этой помощи?
Когда надо, жители селения умели говорить и даже кричать, молча, чтобы не драть зря глотку. Теперь Арчен крикнул для тех, кто умеет слышать:
— Надо свалить железного дурака! Наше колдовство на него не действует, и от камней, как видите, он тоже уворачивается.
— Так что с ним делать? — растерянно спросил кто-то.
— Нужны брёвна. Самые лучшие наколдованные брёвна, какие кладём в основание домов. Бревно собьёт великана с ног, и дальше с ним будет легко расправиться.
— Хорошо сказал, — крикнул отец Хотича — Зора. — А ты знаешь, сколько такое бревно стоит?
— Не дороже жизни.
— Сам в развалине живёт, а чужими брёвнами распоряжается.
— Тебя же из селения выгнали, — крикнул законник Хель, — чего ты вернулся?
— Чтобы вас, дураков, спасти. Голем сейчас наверх поднимется и начнёт вас рубить!
— Поди, всех не порубит.
— Нету у меня бревна на такие глупости! — это Барух закричал.
Всё селение знает, что у Баруха брёвна есть. Наколдовал целый штабель, а чтобы новый дом построить — никак собраться не может.