– Благодарю вас, просто у меня немного закружилась голова, – кивнула Эйнджел, стараясь четко выговаривать слова. – Я недавно в городе...
И она поспешил уйти, не дожидаясь дальнейших расспросов.
Вернувшись в пансион, Эйнджел собрала свои не многочисленные пожитки и вдруг наткнулась на коше лек с монетами, оставленный для нее Холтом. Поколебавшись, она взяла кошелек. В конце концов, надо же ей как-то добраться до Оро.
Вспомнив Нила и Рейчел, она приободрилась. Может, Холт все-таки передумает и вернется? Может, если он увидит, что Эйнджел ушла, то бросится на по иски? Увы, надежды на это не было.
В ожидании последнего дилижанса до Оро, Эйнджел вдруг заметила знакомую фигуру человека, шедшего по направлению к ней. Узнав его, Эйнджел хотела было скрыться, но дилижанс был действительно послед ним в этом сезоне, следующий должен был отправиться в рейс только с началом весны. Поэтому она осталась на месте и с ужасом смотрела на приближающегося к ней Крэддока.
Засунув большие пальцы за проймы жилета, едва сходившегося у него на огромном брюхе, Крэддок стал раскачиваться на каблуках, не скрывая своего удовлетворения.
– Мы снова встретились, моя дорогая. Ты напрасно тратишь силы и время на то, чтобы убежать от меня.
– Не стоит обольщаться, – пробормотала, отворачиваясь, Эйнджел.
Крэддок обошел ее с другой стороны.
– Я знаю, что ты делаешь и куда ходишь. Я знаю даже то, что твой краснокожий ублюдок бросил тебя.
Он с притворным сочувствием поцокал языком.
– Я же говорил тебе, что на него нельзя положиться.
– Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о Холте, – как можно спокойнее возразила Эйнджел, махая рукой, чтобы привлечь к себе внимание смотрителя станции.
– Этот человек пристает ко мне, – пожаловалась она, когда смотритель, заметив ее жесты, подошел к ней.
– Добрый день, Уилл! – взглянув на Крэддока, смотритель расплылся в улыбке.
– Привет, Перси! – снисходительно кивнул смотрителю Крэддок, и тот спокойно отошел. Вот так! Эйнджел закипела от гнева. Почему она должна терпеть присутствие Крэддока и его навязчивое приставание!
– Вот уж не знала, что у вас столько друзей в Колорадо, – холодно произнесла она.
– Деньги всемогущи! – приняв ее сарказм за комплимент, ответил он.
– Сколько я должна заплатить вам, чтобы не видеть вас рядом со мной? – спросила Эйнджел.
– Очень остроумно, моя дорогая.
– Я серьезно.
Неожиданно дикая мысль озарила ее. Повернувшись к вдовцу, она внимательно посмотрела на него.
– Ведь вы игрок, Крэддок. Вы сумели разорить моего отца! Должно быть, вы действительно отлично играете в карты.
Не чувствуя осуждения в ее словах, он явно был польщен.
– Я не считаю себя виноватым в том, что мистер Макклауд оказался плохим игроком.
– Ну конечно, – пробормотала Эйнджел, при крыв ресницами глаза и тайком рассматривая его. – А что вы скажете, если я предложу вам сыграть еще одну партию в покер?
Он удивился:
– С кем же это?
– Со мной, разумеется.
Это до такой степени рассмешило Крэддока, что он просто задохнулся от хохота.
– С тобой?! С женщиной?!
– Спасибо, что заметил, Уилл, – неожиданно фамильярно сказала Эйнджел, и Крэддок тотчас же за молчал, изумленно уставившись на нее.
– Однако... – забормотал он, размахивая рука ми. – Женщины не играют в покер! Это занятие не для леди!
– Леди? – Эйнджел поправила пышную при ческу. – Разве леди ты предложил бы лечь в твою постель?
Крэддок долгим пристальным взглядом смотрел на Эйнджел, и в его глазах, маленьких и блестящих, как бусинки, загорелся неподдельный интерес.
– И каковы ставки? – наконец спросил он.
– Сделаем просто. Если я выиграю, ты навсегда оставишь меня и отдашь мне Бель-Монтань.
Крэддок задумался. В сущности, поместье было не уж так ему нужно. Это было средство вернуть Эйнджел в Миссури.
– А что получу я, если выиграю? – спросил он.
Вопрос был не из легких. Эйнджел тяжело вздохнула, понимая, что в случае проигрыша будет обязана сдержать свое слово.
– Ты получишь меня.
– Идет!
Живот Крэддока затрясся от смеха. Уверенность в легкой победе и желанном выигрыше доставляла ему несказанное удовольствие.
Даже старожилы не могли припомнить, чтобы со времен золотой лихорадки в салуне у Пайка собиралось столько народа. Среди игроков, заядлых и начинающих, быстро распространился слух, что некая молодая женщина поставила на карту собственное тело против какого-то клочка земли на востоке страны. Это было не только неслыханно, но и крайне любопытно!
Неподалеку от салуна стоял дилижанс, совершен но пустой и готовый в любую минуту отправиться в путь. Крэддок щедро заплатил кучеру и смотрителю, чтобы дилижанс задержался до окончания партии в покер. Ни на секунду он не допускал и мысли, что Эйнджел сможет выиграть у него.
В ожидании молодой женщины, которой он добивался вот уже три года, Крэддок сидел за столиком и тайком вытирал слюну в углах рта носовым платком, вышитым его первой женой Эдной.