— Чё-то почистили, чё-то заменили, — ответил Сергей. — И заработал. А двигатель как звенит, просто песня. По сравнению с нашими тарантасами — это сказка.
— А танки тоже сделаете, — крикнул Сергей своему тёзке в машине.
— Конечно, — ответил тот. — Всё сделаем!
Ночной город ничем особо и не отличался от своего дневного двойника. Людей нет, животных нет, птицы стараются облетать его стороной… Никто не нарушает покой руин и ржавого металла. Только железные листы могут издать лёгкое лязганье под напором ветра. Свист одного ветра в пустых трубах, скрежет и скрип металлических конструкций — всё, что нарушало тишину города ночью, как и днём.
Среди чёрных руин и страшных силуэтов перевёрнутой техники затерялась фигура одинокой женщины, стоявшей на куче битового красного кирпича. Её фигура совсем не выделялась на фоне большого города. Одна женщина и одна судьба слишком мало, чтобы привлечь к себе внимание мёртвого мегаполиса. Она смотрит пустыми глазами в темноту и молча ждёт кого-то. Ветер колышет её длинные белые волосы, он идёт прямо с океана и несёт собой холод большой, безграничной воды. Но женщина не чувствует холода. Она готова стоять здесь и ночь, и день. Нет ни усталости, ни голода, ни страха…
— Mammy… — выдохнула Алва.
Утром Алва проснулась с дикой тоской в сердце. Появление матери во сне напомнило девочке о доме. Но она снова проснулась в русском селении, среди чужих людей, которые её не понимают. Она села на кровати и подтянула под себя ноги. Хотелось плакать. Она была вдали от родной матери, дома, друзей… и сможет ли она их когда-нибудь увидеть вновь, она не знала. И это только ещё больше угнетало девочку.
С улицы доносились приглушённые звуки толпы. Вновь всё поселение собралось на проводы колонны к линкору. Игорь обходил машины, механики копались в капотах. Жрец, вместе со всеми, вышел проводить колонну.
— А где Алва? — спросил Костя.
— Дома, — ответил Жрец. — Спит ещё.
Рядом появилась Аня с заспанным видом. На ходу она натягивала на себя куртку.
— Вы чё? — недовольным голосом произнесла она. — Совсем уже? В такую рань в поход собираться.
— А ты не едешь? — покосился Костя на неё.
— Дайте мне время проснуться, и я догоню вас, — зевнув, ответила Аня.
— Ну, уж нет, — сказал Игорь. — Или сейчас просыпайся, или дуй к Жрецу. Занятия скоро.
— Какие занятия?.. Утро ещё.
— Колонну проводим и собираемся у меня, — сказал Жрец.
— То есть? — Аня встрепенулась и вмиг проснулась. — Рано же ещё.
— Почему? — посмотрел Костя на неё. — Солнце давно уже встало.
— А чё ты меня не разбудил? — недовольно посмотрела Аня на отца.
— Ты так мило спала, что я решил удрать один, — усмехнулся Костя. — Я вообще, думал, что ты уход машин проспишь.
— А Алва где? — Аня осмотрелась.
— Спит, — ответил Жрец.
— Вот, видишь! — радостно ответила Аня. — Я же говорила, что ещё рано.
— Зато они уже давно проснулись. — Жрец указал в сторону, где столпились друзья Ани.
— Да, блин! — выпалила Аня. — Сколько времени-то? Живём, как в Средневековье. Хоть бы часы какие-нибудь солнечные поставили бы, что ли.
Наконец, всё было готово. Игорь дал команду, и колонна тронулась в путь. Аня со Жрецом проводили машины и медленно пошли домой к Жрецу. Остальные подростки пошли следом.
После занятий и перевязки раненных Аня с друзьями и Алвой пошли на детскую площадку.
— Ну и как сегодня будем играть с ней? — спросил Сергей.
— Сама не знаю, — ответила Аня. — Её надо растормошить, но как?..
Вдруг под ногами Алвы пробежала ящерица и скрылась под доской основания беседки.
— Lizard! — выпалила Алва и проследила взглядом за ящерицей.
— Чё? — повернулась к ней Аня. — А это… Это ящерица. Они здесь частенько появляются. Не знаю чем питаются, но уходить отсюда, явно, не намерены.
— Я… Ящер… — попыталась Алва произнести новое для неё слово.
— У тебя гортанный звук, — пояснила Аня. — А надо мягче. Я-ще-ри-ца.
— Я… ще… рица, — произнесла Алва с сильным акцентом.
— Понятно, — вздохнула Аня. — С русским никак не дружим. А это что? — она указала на мяч, который гоняли дети рядом.
— Ball, — сказала Алва.
— Как? — переспросила Аня. — Бол?
Алва кивнула.
— А по-нашему, мяч, — сказал Сергей.
Они стали играть в слова. Алве показывали предмет, она говорила, как он называется на её языке, а затем пыталась произнести его название по-русски. Русские же подростки пытались повторить за Алвой её слова.
А в это время мужчины пробирались по тёмным коридорам линкора. Игорь, Фёдор и Богдан медленно шли, подсвечивая себе дорогу фонарями.
— Вот куда нас опять занесло? — недовольно сказал Фёдор.
— Понятия не имею, — ответил Игорь.
— Вид у коридора такой, что здесь точно со времён войны никто не ходил, — произнёс Богдан.
— И что мы тут ищем? — Фёдор покосился на Игоря.
— Станцию, станцию и ещё раз станцию, — ответил Игорь. — Надоело мне уже в потёмках шариться просто так. То на мародёров налетим, то на монстров…
— Каких монстров?.. — не понял Богдан. Игорь с Фёдором переглянулись.
— В темноте всякая ерунда монстром кажется, — попытался пояснить Фёдор.
