Снайпер дружелюбно улыбнулся в ответ.
— Какие-нибудь ещё дополнения имеется к моему плану? — Спросила Дымка.
— Больше у меня никаких дополнений нет. В остальном план безупречен и гениален!
— Отлично! — Сказала девушка. — Тогда делаем следующее: Снайпер с Аустом готовят взрывчатку и подбираются к обусловленному месту в канализации. Все остальные, кроме Огонька, идут с Чижом. — Дымка перевела взгляд на лидера Изгоев. — Ты должен будешь сформировать из своих людей группы, которые отправятся на задание. — Чиж кивнул. Дымка посмотрела на вторую девушка, державшую на руках Майкла. — Ну а ты, Огонёк, присаживайся за пульт управления. Будешь координировать наши действия.
— А я справлюсь? — Неуверенно спросила робкая девушка. — Ты ж знаешь, я не особо хорошо дружу с компьютерами!
— Справишься, куда ты денешься! — Ответила Дымка, после чего взглянула на Снайпера. — Приступаем к операции в девять вечера. Хватит времени на подготовку?
— Нам — вполне, — ответил за себя и за Снайпера Ауст.
— А нам? — Спросила Дымка у Чижа.
— Нам тоже, — сказал Чиж. — Следуйте за мной.
Чиж, его свита, Дымка и Кой пошли к лифту.
— Удачи, — крикнул напоследок Снайпер.
— И вам, — ответила Дымка.
— Ну что, Огонёк, мы пошли, — сказал Снайпер и по-дружески обнял девушку на прощание, после чего подошел к Аусту, стоявшему у открытых дверей лифта.
— Берегите себя, — крикнула девушка, на что Снайпер едва заметно кивнул и зашел в тесную комнату подъемной машины следом за своим напарником.
Двери лифта с противным скрипом закрылись, и кабина медленно поползла вверх.
Вооруженный Ауст выглядел как-то странно и несуразно. Особенно нелепо смотрелись черные маскировочные полоски грима, которым тот обрешетил свое лицом, беря пример с Чижа. Но и тяжелая многофункциональная винтовка крайне дико смотрелась в дряхлых, костлявых руках ученого. Завершали чудаковатую композицию образа «новоиспеченного воина с сединой на висках» толстые штаны камуфляжной расцветки и жуткие, древние, распухшие от изношенности армейские сапоги, неизвестно откуда оказавшиеся в шкафу ученого. Со стороны он походил на нецивилизованного папуаса, выбравшегося на карнавал в костюме десантника.
Несмотря на искренние старания, Снайпер никак не мог контролировать свои эмоции. Даже при периферийном взгляде на своего напарника его щеки растягивались, а на устах появлялась улыбка, которая, по всей видимости, в крайней степени смущала Ауста, так как тот сразу принимался выискивать в себе какой-то изъян, от чего становился ещё более смешным и неуклюжим.
Поэтому, чтобы не ставить своего собеседника в неудобное положение, Снайпер старался смотреть только прямо и влево, не обращая никакого внимания на своего болтливого спутника.
Снайпер и Ауст в среднем темпе продвигались к обозначенному на локаторе месту проникновения на фабрику по производству Нарка, которое находилось на довольно приличном расстоянии от убежища ученого. Благодаря токсину «Невидимка», мутанты, бесновавшиеся в недрах подземелья, испускающие кошмарные вопли, азартно играя в свои жутки игры «съешь другого или тебя съедят», не доставляли путникам никакого беспокойства.
Ауст перебывал в крайне возбужденном состоянии в связи с предстоящей авантюрой, в которой ему отводилась не последняя роль. Ежесекундно он излучал киловатты флюидов и буквально светился от эмоционального перенасыщения.
Что бы снять стресс, он, не утихая, лепетал на сложном научном языке, изрядно обогащенном непонятными терминами, созвучные с какими-то медицинскими диагнозами, о сложностях связанных с правильным расчетом дозировки нового токсина. Он дотошно рассказывал, повторяясь раз за разом, о том, что будет готовить газообразную версию токсина, так как это в значительной степени позволит ускорить процесс пробуждение неоднородных скоплений сомнамбул, предоставит возможность пробуждать целые группы новичков за раз.
Чтобы не оскорблять своего собеседника и не усугублять его моральное состояние, Снайпер терпеливо слушал экспансивный монолог, казавшийся полным бредом, с учтивой любознательностью на лице.
Когда Ауст внезапно замолкал, что бывало крайне редко и не более чем на полминуты, до слуховых органов Снайпера доходила, чарующая своей мрачностью, вечно повторяющаяся песнь канализации. Естественный индастриал-эмбиент подземелья, лейтмотивом которого служили апатичные ливни обворожительных шумов, оказывал гипнотическое воздействие на сознание Снайпера и вызывал нападки нарколепсии.
Но когда Снайпер уже готов был провалится в пучину липкого сна, Ауст неожиданно взрывался бурным словесным потоком, словно мощный гейзер, и нападки сонливости снимало, как рукой.
Неожиданно Ауст остановился и замер на месте. Лицо его стало настороженным и одновременно заинтригованым.
— Пришли, — прохрипел ученый, рот которого опоясала жуткая вампирская улыбка.
Снайпер посмотрел на часы.
«Практически впритык» — отметил про себя парень.
