Выйдя в предбанник, Снайпер почувствовал, что желание вернуться к спасенному юноше, охватившее его разум, снизилась ровно вдвое.
Как только ученый вытащил Снайпера в коридор, его разум в одну секунду заполнила сотня мыслей, связанных с осуществлением бунта. Он машинально сунул записку в карман своих штанов и стремглав побежал за напарником.
Страстное, до того безудержное желание вернуться в крематорий скоропостижно скончалось.
— Снайпер! — С первого слога он распознал очевидное негодование в голосе Дымки. — А ты мне можешь подсказать…
— Что именно?
— Как такое возможно: кое-кто отчитался, что уже следует в Промзону по тайному переходу, но до сих пор отображается на экране моего компьютера как идущий по коридору, где-то… — Дымка прицелилась, — между блоками «А» и «Б»?
— У нас вышла небольшая заминка… — оправдываясь, пояснил Снайпер. — В тоннеле отравленный газ, а Ауст нечаянно разбил стекло своего противогаза…
— Иуда! — Со спины послышалось недовольное фырканье ученого.
— Снайпер! — Дымка взяла на две октавы выше. — Ты понимаешь, что из-за ваших игр мы все погибнем? Половина нашего оружия — доисторическое старье, которое едва ли может пробить броню армейцев, а большая часть наших войск вообще не вооружена. Я их прячу по разным блокам, в надежде, что вы вот-вот откроете нам доступ к складам Системы, и мы получим гипотетическую возможность защитить себя. Но вместо того, что бы решать проблемы, вы их только усугубляете! — Дымка закипела. — Ты думаешь, мы долго сможем сдерживать наступление Системы? Роботы уже входят в Гетто!
— Уже входят? — Переспросил Ауст.
— Да! — Злобно ответила Дымка. — Эшелон за эшелоном! Их уже тысячи у ворот!
— Отлично! — Произнес Ауст с сарказмом и достал из нагрудного кармана маленький пульт детонации.
— И что ж тут отличного? — Хмуро пробормотала Дымка.
Ауст нажал на кнопку и активизировал заряд.
— Ух ты! Что это! — Воскликнула Дымка.
— А что там такого? — Лукаво спросил Ауст.
— Да тут? Вообще! — Дымке очевидно не хватало слов для описания наблюдаемой с помощью камер наружного наблюдения картины. — Здесь всё взлетело в небеса! Роботов будто стерло! Огромный такой… взрыв! Что это, Ауст?
Ауст довольно засмеялся.
— Это моей скромное «мерси», за всё то добро, что Гарольд сделал для меня!
— Отлично! Побольше бы таких благодарностей!
— К сожалению, мы сильно ограничены в этом…
— Ладно, — голос Дымки снова стал серьезным. — Взрыв это конечно прекрасно, вот только он не решает всех наших проблем. Боюсь, что очень скоро Система продолжит наступление, а этот «небольшой сюрприз» только рассердит Гарольда, так что… надеюсь у вас больше не возникнет никаких задержек или заминок на пути. Иначе, боюсь, нам будет худо.
— Не волнуйся, мы практически у входа! — Сообщил Снайпер, отвинчивая крышку люка.
— Я гарантирую, — добавил Ауст, — что всё пройдет гладко, как по маслу…
— Из тебя такой гарант, Ауст, что лучше бы ты помолчал… — парировала Дымка и добавила: — Жду от вас только хороших вестей! Конец связи!
Ауст и Снайпер подтвердили допустимость разъединения.
Лабиринт тайного прохода, ведущего к лаборатории по производству мутантов, был наполнен густым белым, с зеленоватым отливом, дымом. Из-за плохой вентиляции ядовитые пары меланхолично реяли в занимаемом пространстве, словно в космической невесомости.
Снайпер пробирался сквозь бестелесное полотно тумана наощупь, с вытянутой вперед рукой, как сквозь снежную вьюгу. Ауст следовал за ним по пятам, держа его за плечо, словно слепой своего поводыря.
Из-за минимальной видимости парень и старик двигались медленно, как улитки, отчего переход из одной локации в другую казался бесконечно долгим.
Снайпера изводили терзающие мысли о нападении армии Системы на повстанцев. В сознании то и дело вспыхивали ужасающие картинки истребления роботами сопротивленцев, зажатых в западню стенами Инкубатория, беззубых против смертоносной армады противника. Душу парня разрывал в клочья ураганный круговорот страстей, а сердце медленно кровоточило раскаленным оловом переживаний.
Снайпер полностью утратил контроль над своими чувствами и эмоциями, способность мыслить здраво, логически, а также пространственно-временную ориентацию Ему казалась, что они уже никогда не выберутся из этого бесконечного тоннеля, но неожиданно, в наушнике послышалось краткое «стоп», а затем хриплое «пришли».
Слова ученого оказали глобальный успокаивающий эффект на накаленную до предела психику Снайпера. Эффект был подобен открытой в последний миг заслонке, позволившей выпустить излишки горячего пара из перегретого котла, находящегося в шаге от взрыва.
Когда Снайпер вылез на другом конце кротовой норы, оказавшись в сердце Промзоны, в какой-то захламленной лаборатории; когда разум парня взял вверх на его взбесившимися эмоциями, а оголенные проводки нервов после превентивной перезагрузки перестали искрить, он посмотрел на часы и с удивлением отметил, что весь переход (казавшимся нескончаемым) занял каких-то жалких двенадцать минут. Этот категорично твердый факт заставил Снайпер окончательно успокоиться.
