В итоге Даша покорилась и дала Темненко довезти ее до дома на его неизменной девятке. По дороге они долгое время молчали, не желая обсуждать внезапное появление Ткачука и нависшую над ними неизвестную угрозу. Юдина вспоминала, как она впервые оказалась в этой машине — испуганная, с порезанной рукой, обездвиженная еще не знакомым ей Артемом и с полной уверенностью, что ее друзья погибли. Сейчас ей казалось, что прошло не два года, а несколько жизней с тех пор.
Молчание тяготило ее, заставляло проноситься сотни нехороших мыслей в ее голове, портя и без того плохое настроение. Она чувствовала, что внутри сжата, как пружина, из-за проклятого гнетущего ожидания непонятно чего. И как бы Серега не гнал, вдавливая педаль газа в пол, ей все равно казалось, что опасность дышит ей в затылок.
И лишь когда машина въехала во двор, и за ними закрылись ворота, девушка смогла спокойно выдохнуть. Даше не верилось, что они спокойно доехали домой. Никто их не преследовал, никто не поджидал их у ворот, никто не ворвался к ним в дом — все было спокойно. Один лишь Цезарь прыгал перед машиной, радостно виляя купированным хвостом.
По сообщениям на пейджере у Сереги, Артём уже был на полпути к дому и скоро должен был приехать. Юдина лишь наделась, что за этот небольшой промежуток времени ничего не успеет произойти.
Решив выпить с Темненко кофе, она поставила кофейник на плиту и пыталась в то же время сообразить какой-то легкий перекус, как неожиданно раздался звонок домашнего телефона. Попросив Серегу приглядеть за кофе и добравшись до телефона в гостиной, Юдина подумала было, что это звонит дед, с которым она не говорила уже несколько дней и не очень хотела общаться прямо сейчас, но номер на определителе высветился неизвестный, а потому она зависла над телефоном в ожидании, что он замолчит спустя пару секунд. Но время шло, а телефон продолжал трезвонить.
Наконец Даша не выдержала и схватила трубку, услышав тихий голос:
— Алло?
Юдина сразу узнала голос на том конце провода. Она знала этот голос давно, он сопровождал ее в школьные годы и в университете, этот голос подбадривал ее, шутил и рассказывал про неудачные свиданки с парнями. И этот голос молчал, когда стоило рассказать всю правду, и говорил, но не тем людям. Даша мгновенно узнала голос своей бывшей подруги, Алины Новиковой.
— Даша, пожалуйста, не вешай трубку!
Юдина с силой сцепила губы, но всё-таки не сбросила звонок и продолжила слушать, сама не понимая зачем. Она до сих пор не простила Новикову за ее предательство, а потому ей было тяжело слышать ее голос на том конце провода. Сейчас ведь многое могло быть иначе, если бы она не вздумала помогать чужим и вредить своим…
— Мне надо кое о чем поговорить с тобой… Это важно! Я слышала о произошедшем. Илья не пострадал? Ужасно, просто ужасно… Надеюсь, с ним все хорошо. И с вами всеми тоже все хорошо. Прости, я отвлеклась. Я звоню по делу. Хотела рассказать кое о чем. Не знаю, пригодится это или нет, но выслушай меня. Я… я вспомнила кое-что. Когда… когда на меня насели цыгане, когда они требовали информацию о парнях, я случайно подслушала, что… что над ними кто-то есть. Мужик какой-то. Как я поняла, они действовали по его указке. Он им платил, а они делали все за него. Он не местный вроде. Я не знаю ни имени, ни чего-либо еще. Не знаю, важно это или нет, но я решила рассказать. А не сделала этого раньше потому, что не вспомнила об этой детали. Это обсуждалось лишь однажды, я и забыла, но вспомнила, когда узнала про Илью. Я… Мне жаль, что так вышло. Я не хотела всего этого…
Алина замолкла, видимо, смутившись, что до сих пор она в ответ не услышала ни звука. После секундной задержки Даша услышала тихий порывистый вздох, а затем в трубке послышались гудки.
— Кто это был? — раздался за ее спиной голос Сереги.
Обернувшись, Даша увидела позади себя не только Темненко, но и уже приехавшего Князева. По всей видимости, они видели, как она молча выслушала кого-то по телефону, и теперь, увидев ее ошарашенный вид, хотели знать кто звонил.
— Алина, — наконец собравшись с мыслями, проговорила Даша. Пару секунд она раздумывала над тем, стоит ли говорить им обо всем, но другого выбора не было — по ее виду они догадались, что это было что-то серьезное, — и поэтому пересказала им все, что передала ей Новикова.
На несколько минут в гостиной повисло неприятное молчание. Все трое переглядывались между собой, не решаясь нарушить молчание и озвучить то, что все прекрасно понимали, но признавать не хотели.
— Пиздец, — произнес Серега, устало потерев переносицу пальцами.
В это же время на кухне зашипел вылившийся на плиту закипевший кофе, и Артём, ругнувшись сквозь зубы, побежал снимать кофейник с плиты. Даша с Серегой переглянулись, но ничего не сказали, и без того прекрасно поняв мысли друг друга.
Чуть позже они сидели в гостиной: Даша с Артемом на диване, по разные стороны друг от друга, Серега в кресле. Говорить о чем-то отвлеченном не получалось — все сводилось к тому, что происходит вокруг них.
